Пятиножка

Я начал писать серьезно, когда заканчивал университетский курс беллетристики. Моей дипломной работой был роман в 95 000 слов, «Неспокойный мир», над которым президент колледжа просидел чуть ли не всю ночь. Нет, он не был любителем научной фантастики; он просто должен был прочитывать все работы и не ожидал, что в моей окажется 300 страниц. Этот роман никогда не публиковался, хотя позднее я переделал одну его часть и включил ее в книгу «Круг битв».

Свой первый рассказ, под названием «Вечер», я в 1954 году послал на конкурс любительских рассказов, проводившийся журналом «Гэлакси». В 1955 году я получил извещение, что мой рассказ вошел в десятку лучших, но было решено не присуждать первую премию никому. Увы – начало моей литературной карьеры было классическим. Между тем мой приятель Энди Оффут (именно так он пишет свое имя), с которым я познакомился уже позднее, принял участие в таком же конкурсе журнала «Иф» и занял первое место. Судьба всегда обращалась со мной подобным образом; наверное, так уж мне на роду написано быть неудачником.

Но я никогда не был пай-мальчиком. Я сделал вид, будто не понял намека на то, что на Парнасе меня не ждут. Это же я советую и другим начинающим писателям: будьте настырными, не сдавайтесь, не понимайте намеков, и вы тоже сможете пережить годы разочарований, насмешек и унижения. Где-то раз в десять лет судьба становится к вам благосклонной.

Я посылал свои рассказы в другие места, получал отказы, а один раз – коротенькую записку от Х.Л. Голда, он советовал мне не тягаться с мастерами. (Где вы сейчас, Х.Л.? А что если бы я последовал вашему высокомерному совету?) В 1958 году мой рассказ «Межсезонье» был принят Деймоном Найтом из журнала «Иф», который тут же после этого временно закрылся, и мой рассказ, конечно же, опубликован не был. Я опять остался в дураках. Но я продолжал писать, зарабатывая на жизнь такими земными занятиями, как доставка грузов, служба в армии, составление технических инструкций к электронным приборам и работа в социальной службе штата.

Однако я по-прежнему страстно желал стать писателем, эта мечта меня не оставляла. Наконец, моя жена устроилась на работу, чтобы я в течение года мог только писать. Это мой второй совет начинающим: необходимо иметь супруга (супругу), который (которая) мог бы зарабатывать на жизнь, в то время как вы пытаетесь достичь невозможного. Мы решили, что если я потерплю неудачу, то признаю себя побежденным, откажусь от своих иллюзий, возьмусь за обычную, производительную работу и успокоюсь. Один из моих пятиюродных братьев поступил именно так: оставил литературные попытки и стал служащим в «Сирс».

Это было в конце 1962 года. Я написал рассказ жанра фэнтези и послал его в журнал «Фэнтези энд Сайенс Фикшн» – «F&SF» – и научно-фантастический рассказ, который отправил в «Плейбой». Оба их отвергли. Я написал еще один фэнтези-рассказ и снова послал ее в «F&SF», а предыдущие два – в другие журналы. Опять отказы. Тогда я подумал, не попытать ли мне счастья в каком-нибудь британском журнале – я все-таки родился в Англии и целых двадцать четыре года был подданным короля/королевы. Но у меня не было адреса. Так что пока я пытался его достать, я послал свой второй рассказ в «Фантэстик», просто чтобы он не лежал. И неожиданно его приняли.

После восьми лет работы, девятнадцати рассказов и тридцати отказов я получил 20 долларов. Это был успех!

Этот рассказ, конечно же, – «Реальность – Сожаление». Он был опубликован в апрельском номере «Фантэстик» за 1963 год и потом, до нынешнего момента, бесследно исчез. Я не претендую на то, что в нем есть какие-то особые достоинства; просто именно он стал той щепкой, которую подхватила волна. Я включил его в этот сборник только потому, что именно с него изменилась моя судьба, ко мне пришел первый успех профессионального писателя-фантаста. Может быть, ученые, более умные, чем я, отыщут в этом рассказе зачатки моей дальнейшей карьеры автора фантастических новелл. Остальные читатели смогут удовлетвориться тем, что он, по крайней мере, не очень длинный.

– Папочка, я хочу пегаса! – с такими словами его встретил в дверях Младший; белокурая кудрявая головка мальчика подергивалась от возбуждения. – Маленького, с белыми крыльями и аэродинамическим хвостом и...

– Ты его получишь, сынок, – тепло сказал папа, рассеянно снимая пиджак и галстук. На следующей неделе Брэдли Ньютону младшему исполнялось шесть лет, и Брэдли Ньютон старший обещал ему книжку «Теперь нам шесть» и какую-нибудь настоящую зверушку. Ньютон был человек со средствами, так что это было не пустое обещание. Он чувствовал, что мальчику нужен питомец, чтобы хоть как-то восполнить горечь от безвременной кончины миссис Ньютон.

Он устроился в большом мягком кресле, испытывая в глубине души удовольствие, что у его сына такое богатое воображение. Другой ребенок на его месте наверняка попросил бы что-нибудь обычное, собаку или пони. Но этот пегас...