Пути развития английского романа 1920-1930-х годов

Об окончании первой мировой войны в Англии было объявлено утром 11 ноября 1918 года.

Около одиннадцати утра в Лондоне «послышались сигналы, оповещавшие о воздушном налете… С Парк-Лейн катился шум — крики ура — порывами, волнами… Наконец-то!.. Долгий, нескончаемый ужас кончился. Совсем кончился!.. На улицах сейчас танцуют и кричат, поют и смеются, молятся и плачут… и везде толпы, толпы людей!»[1]

Известие разнеслось по стране, вызывая бурю восторга и ликования. Перезвон церковных колоколов заглушал голоса устремившихся на улицы людей.

Первая мировая война закончилась. Англия вступила в новый период своей истории. Но раны военных лет кровоточили. Нанесенные войной бедствия оказались неисчислимы. Около миллиона солдат и офицеров британских вооруженных сил было убито, более двух миллионов ранено. Снизился жизненный уровень трудящихся. Обострились классовые противоречия. До небывалых размеров возрос национальный долг страны. Неуклонно сокращались темпы развития ее промышленности и торговли. Страна-победительница, Англия утратила свою прежнюю силу и влияние. Мировой престиж Британской империи пошатнулся, ее былое величие отошло в прошлое. Страна стояла на пороге новых событий.

Готовились парламентские выборы и Ллойд-Джордж призывал «сделать Англию страной, достойной ее героев, возвращающихся с полей сражений». Правящие партии объединились в коалиционное правительство. Процветала либеральная фразеология, под прикрытием которой консерваторы осуществляли захват руководящих постов.

Английские рабочие усилили борьбу за свои права. В первый послевоенный год волна стачечного движения прокатилась по всей стране. Она захватила миллионную армию горняков, металлистов, судостроителей. Во время одной из забастовок в Глазго в самом центре города на здании муниципалитета на Джордж-сквер был поднят красный флаг. Это сражение на городской площади в сердце рабочей Шотландии было лишь одним из многочисленных откликов на революционные события в России, одним из проявлений пролетарской солидарности, которая мужала и крепла под влиянием великого Октября.

История знает немало поворотных моментов, определивших развитие человечества на многие последующие десятилетия. Центральным событием новейшего периода ее развития явилась Октябрьская социалистическая революция. Она стала кульминационным этапом истории XX века, и судьбы миллионов людей оказались связанными с ее грандиозными последствиями.

Послевоенный мир уже не был прежним. И в то время как менялось соотношение сил на мировой арене, в сознании людей происходил необратимый процесс переоценки ценностей.

Помочь людям в этот ответственный период и была призвана литература.

Само время диктовало задачи: разобраться в настоящем, переосмыслить прошлое, осознать перспективы будущего. Разрешение этих задач преломилось по-разному в творчестве английских писателей. Никто не был в состоянии ответить сразу на все основные вопросы времени. Это было невозможно. Но никто не мог и обойти их молчанием. Каждому предстояло многое понять и во многом разобраться. События эпохи обязывали к этому. Каждый искал свой путь. Одних эти поиски выводили на широкую дорогу современности, других заводили в тупик индивидуализма. Взгляды и убеждения формировались под влиянием событий военных лет, роста революционных настроений и активизации рабочего движения в послевоенной Европе, под влиянием сотрясающих буржуазные государства экономических кризисов. Каждый был не только современником, но в той или иной мере и участником мировых событий.

Было бы неверно утверждать, что уже тогда значение происходящего было осознано многими. Среди писателей Англии одним из первых, кто понял неизбежность нарастающего кризиса капитализма и смело высказал свои симпатии революционной России, был Бернард Шоу. Реакция других писателей старшего поколения была иной. Великий фантаст Герберт Уэллс разберется во многом гораздо позже. А пока, в годы войны, бросая в своих статьях смелые обвинения в адрес правительства и правящих классов, он оставался далек от правильного понимания истинной сущности происходящего. Но уже тогда он мечтал об установлении новых порядков в мире и в разгар войны создал сильный антивоенный роман «Мистер Бритлинг пьет чашу до дна». Одним из первых накануне и вскоре после окончания войны Герберт Уэллс посетил Россию. Но прежде чем вновь обрести себя как романиста, помогающего своим современникам разобраться в сложных проблемах эпохи, ему еще предстояло пережить длительный период блужданий. Впрочем, не ему одному… И не было ли направление последующих поисков английских писателей уже в какой-то мере предопределено той позицией, которую занимал каждый из них в момент, когда завязанный историей тугой узел событий ждал своего исхода?