Путь одарённого. Мастер ассасин. Книга 5. Часть 1

— И что у нас в Славии, что-то опять случилось? — задал вопрос сильным голосом знакомый епископ.

— Всё как обычно… спокойно, владыка. Торговля процветает. Потрясений нет. Позиции нашей церкви всё так же слабы…, но постепенно мы пытаемся наращивать силы. Не очень хотят местные проникаться к высокому учению церкви. Многие сопротивляются, как могут. А я ведь предлагал по-другому насадить гегемон церкви в королевстве, но вы что-то сами постоянно упирались. Всё время повторяя, что это крайний путь просвещения, замешанный на большой крови. И что только мечом и калёным железом рай на земле не построишь! — сидя, отвесил поклон хозяину апартаментов странный человек.

У главного инквизитора в гостях, а сам в светской одежде. Келья как обычно, просторна и совершенно пуста. Стеллажей с книгами нет, лишнего убранства тоже не присутствует, стёкла в окнах всё так же просты. Аскетизм в своей самой извращённой форме. Из мебели, как всегда, только грубо сколоченные стол и два табурета.

И ещё бросается в глаза, что посетитель вооружён. К удивлению, у него не отобрали на входе в келью ни меч, ни кинжал, висящие на широком боевом поясе. Явно к посетителю тут относятся вполне доверительно…

— Мы этот вопрос уже обсуждали и не зачем возвращаться к ненужной дилемме. У нас и так немного последователей, и мы неглавные в статусе основного религиозного канона. Если сильно давить, можно и передавить. Влияние кое-какое на императора есть. Он прислушивается к нашим словам — медленно и задумчиво произносит епископ. Потом ненадолго замолчав, что-то взвешивая в уме и продолжил. — Конечно, хватает среди его аристократов и скептиков. Привлечь большее количество среди них, увы, пока не получается. Предубеждения правят в верхушках кланом и родов первой Империи, и с опаской смотрят они в сторону нашего учения. Ты историю знаешь не хуже меня…, а как её сейчас преподносят тоже. Так что, ожидать большего от светской власти нам не приходится. Ну и, наши оппоненты, среди массы других религиозных конфессий тоже не дремлют. Вредят в меру своих не столь уж и больших сил. Что нам, конечно, на руку. И напоминаю, что ранее тебе говорил и не раз, на меч и каленое железо у нас в данный момент нет ни сил, ни средств. Как финансовых, так и людских, а главное, магических. Сам же ведаешь, жрецы вырождаются, они не конкуренты магам, и это всю нашу братию очень печалит… очень печалит.

— Но сумасшедших магов вы смогли загнать в подполье! — напоминает собеседник владыки.

— Ну, и что? — отмахивается несдержанно уж очень владыка. — Тут не только мы в них проблему видели, но и правители, и владетельные аристократы. Только толку от этого никакого. Ведь не только кровяков поприжали, но и всяких там химерников. Да и прочих. Они самими разобщены между собой сильно, а часто и враждовали между собой. Каждый мнит себя великим архимагом и теоретиком магии. Глупцы… лучше бы уж свои силы и знания церкви посвятили, но нет же… упорствуют. Такой была бы отличной помощь. Мы бы из них знатных жрецов сделали. Многому бы научили. Но нет же… сопротивляются. Как могут… свободу творчества, и власть им подавай. Никаких ограничений признавать не хотят — негодующе епископ. — В прочем, еcли быть честными до конца, не везде мы их смогли поприжать. Ты сам об этом знаешь. Есть места, где эти исчадия ада отлично себя чувствуют. Но есть один плюс для нас, ведь им постоянно не хватает средств — усмехнулся иерарх церкви. — Они все продажны… и мы этой их продажностью иногда неплохо так пользуемся. Ты, то чего приехал? — потом так внимательно посмотрел на своего собеседника. — Прознал всё-таки…

Гость пожал неопределённо плечами.

— Земля слухами полнится… — улыбаясь, отвечает он. — Но стабильности миру не хватает.

Ещё шире становится его улыбка.

Хмыкает церковник, знаком с манерой общения своего собеседника он, уже давно. Трудного надо сказать собеседника, но уж больно тот бывает для их общего дела, полезным.

— Всё как обычно. Сам же говорил, что кое-какие союзы создаются, а какие-то распадаются. Но центры силы, как всегда, вьются около двух Империй. Ничего не меняется, меняются только союзники, и бывшие союзники, перешедшие в ранг врагов или противников. Ведь так? — спрашивает епископ.

Сеньор удовлетворённо кивает…

— Я это и сейчас повторить могу, владыка, — усмехается он.