Путь Меча и Магии (СИ)

Что самое ужасное было в моей жизни, что заставляло меня содрогаться каждый раз, когда я вспоминаю об этом? Ну, наверное, две вещи. Первое — это деревья и растения… Бррр… Та психологическая травма, что была нанесена мне «энтами», или как там та дура обзывала свои деревца, будет у меня до конца дней моих. Ну и второе — это боль рождения…

Люди не помнят эту боль, не помнят свой первый вздох, который они делают. Иначе бы они боялись дышать. Я же — взрослый мужчина, что пару раз перерождался при доброй памяти. Я прекрасно помню первый вздох, что был в мире пиратов и какую боль это принесло… В мире Гарри Поттера — меня хоть сразу успокоили…

Я… Михаил Смирнов, он же Брэдли Д. Майкл — Главнокомандующий Морского Дозора… Мира Ван-Пис, именно так зовётся тот мир, в котором я жил. Александр Рэйдж — Первый Император Магической Британии из династии Рэйдж. Я уж думал… Думал, что наконец-то это всё прекратится… Я хотел, наконец, отдохнуть. Но, зараза… Как же я ошибался, наивно полагая, что всё кончено, когда в возрасте четырёхста лет, лёжа на смертном одре, передавал Империю, что разрослась почти на всю галактику — своему сыну…

Опять меня пронзила жестокая и ужасная боль, которую я помнил, прекрасно помнил… В этой жизни я уж точно отдохну! Именно такая мысль шла в голове у новорождённого Изаму… Новорождённый Изаму родился в обычной крестьянской семье… В тысяча пятьсот сороковом году эпохи, которую в будущем назовут «Эпоха воюющих провинций».

Опять долбанное перерождение и не просто перерождение, а перерождение в безродного крестьянина, как насмешка над человеком, что желал прожить эту жизнь для себя. Что меня ждало в этот период? Копание в земле? Мои привычки, мои знания… Этот мир против меня: я привык есть пиццу, минимум три раза в неделю, фехтовать, плавать… А что я могу делать, как крестьянин в шестнадцатом веке, в государстве, у которого кипят страсти в прямом смысле? Я родился в провинции Микава, что была номинально под управлением рода Мацудайра… Род слаб, но он, тем не менее, очень широко известен, почти везде? Спросить стоит «почему?». Да потому, что этот род является родом, из которого вышел знаменитый Токугава Иэясу. Сёгун и, поистине, легендарная личность.

Первые пятнадцать лет моей жизни были похожи на забивание гвоздей микроскопом. Я был, кажется, третьим сыном… Если брать из тех, что выжили; в совокупности — восьмой. Дети в эти времена мрут, как мухи, особенно у крестьян.

Быт семьи был… В достатке, мы не жили впроголодь, хоть дела у рода Мацудайра, вассала рода Имагава, в заложниках у которых был юный Токугава Иэясу — шли откровенно паршиво. В грядущей игре за престол Сёгуна, а Асикага уже не котировались, если они вообще были, род Мацудайра был максимум — наблюдателем со стороны Имагава.

Я рос, вспоминая стандартную программу тренировок с катаной… Именно тренировки и опыт, помогли мне набрать достаточную мышечную массу для моего тела. Стоит заметить, что я был бы типичным японцем, когда вырос бы. Ничего не имею против самого народа, но если не проводить адские тренировки, то вырастешь хиленьким слабосилком. Хотя, крестьянский труд — исправляет данное несоответствие, но будем честны, быть физически сильным крестьянином и быть физически сильным воином — не одно и то же.

Мои братья были из простых… В смысле, с простыми амбициями — вырастить урожай, уплатить налог феодалу, трахнуть соседскую девушку. Естественно, предварительно сговорившись на брак. Я же не видел конца и края этой простоте, и мне откровенно претило жить в грязи крестьянской… Да, я был довольно сильной личностью и требовал соответствующего комфорта; мысль о том, чтобы прожить свой век здесь, как крестьянин, мне претила.

Среди деревни я был «белой вороной», среди стаи чёрных. Мне было десять, когда от меня открестились все. Вместо того, чтобы помогать отцу работать, я сбегал в местный лесок и упорно тренировался, всё дальше отдаляясь от деревни. У меня были чёрные волосы на голове, а тело не имело задатков по следованию пути силы… Но я всё равно тренировался, как проклятый, мои братья даже пытались побить меня, в воспитательных целях, но в итоге — это не увенчалось успехом. Старшему брату было пятнадцать, среднему — двенадцать, мне десять. Ещё двум моим младшим братьям было по семь и пять лет соответственно.

Магия… По какой-то причине она не исчезла, хоть и была прилично ослаблена, была другой… Странное дело, я был полностью уверен, что попал в мир, из которого изначально вышел. Без магии… Но магия была, я чувствовал какую-то слабую энергию, даже в своём теле. В попытках контролировать её я убил несколько лет, в итоге — научился ускорять свои движение и укреплять тело…