Птенец

Зара прижала своего полугодовалого сына к груди. Ее загорелое лицо с некогда чувственными, а теперь искусанными губами было мокрым от обильно льющихся слез и, казалось, что этот поток никогда не иссякнет. Малыш в ее руках, не понимая причину плача матери, строил рожицы, улыбался беззубым ртом и играл с ее льняными локонами. Женщина понимая, что ее сын не понимает беды, нависшей над ними, и не обращая на весьма болезненные подергивания ее волос, все сильнее прижимала ребенка к себе. Потому что могла потерять его навсегда.

В дом вошел мужчина, которого Зара раньше считала самым дорогим ей человеком, а теперь он был для нее страшнее голодного медведя, разбуженного посреди зимы. Диран нерешительно топтался в проходе и с опаской смотрел на рыдающую жену, державшую его единственного сына. В правой руке он сжимал полный кошелек, сплетённый из серебряной проволоки.

– Они пришли за ним, Зара,– тихо сказал он.

Диран Горзо ранее служил десятником в одной из рот Четвертой Дивизии Агреста армии Зальдарской Империи. Жил он припеваючи и в достатке, ему исправно платили месячное жалование. А как могло быть иначе, если служишь в самом элитном подразделении Империи, с достоинством носящей имя великого полковника Габриэля Агреста, а на рукаве форменной куртки красуется галун с изображением черного мотылька. Изредка ходил в рейды на горцев Тигрового Хребта, отбивая их мелкие набеги на зальдарские селения и хутора, что располагались у подножия гор. В одной из таких стычек он встретил милую девушку Зару, родом из тех деревушек, которые Диран защищал. Та тоже не была дурочкой и понимала, что хорошего будущего, доя домашних коз и коров, она не найдет и отец ее женит либо на вечно потном сыне кузнеца или на воняющем навозом каком-нибудь соседе, который даст за нее больше свиней и, ответив на ухаживания ходящего «петухом» молодого сержанта, быстро переехала с ним в ближайший городок Блордат, подле которого дислоцировался Первый полк дивизии.

Горзо стал старшим сержантом, получив должность заместителя командира тридесятка, который в Зальдаре именовали квадом когда начались несчастья. В одной из схваток с горцами, он получил сильное ранение в ногу, повредив колено, из-за чего не смог больше держать строй или ездить на лошади. С горя, старший сержант запил, прогуляв выходное жалованье, которое ему выплатили, чтобы тот смог «встать на ноги» после увольнения. Зара, уже беременная, смогла уговорить Дирана, и они продали личный городской дом и переехали в избу в предместьях Блордата. В огороде он работать не мог, хозяйство вести не умел, да и не хотел учиться, тем более считая, что это не дело бывшего солдата. Все это легло на хрупкие плечи Зары, как и воспитание родившегося к тому времени Дэмира. Диран продолжал жить воспоминаниями, как вел свой десяток в бой, производил разведки в горах и планировал нападения из засад на горцев. Тех крох, что он зарабатывал, охраняя лотки деревенских рыночных, едва хватало, чтобы прокормить сына, особенно если большую часть пропиваешь в местном трактире, рассказывая очередные байки из своего прошлого.