Проверка на прочность

– Ой, девушка, а что это у вас там за прелесть такая? Умереть не встать! Хочу, хочу! Дашка, ты только посмотри!

– Фи, Маш, ты что, серьёзно? – Дашка скривила носик.

– Вот, пожалуйста! – На прилавок со стуком брякнулась корзина с разноцветными игрушками. Небрежно вывалив всё на стекло, продавщица, уже не особо скрывая своего раздражения, посмотрела сначала на меня, потом на Дашку. – Берёте?

Представляю, какие мысли сейчас бегают в этой милой головке! «Когда же вы, наконец, свалите, надоедливые тётки! И ведь брать ничего не берут, только зря нервы треплют! То одна нос воротит, то другая, никак между собой не договорятся. Нет, по отдельности они, может, и ничего, но вдвоём их никак нельзя пускать в приличное заведение!»…

Ещё бы! Я посмотрела на часики, подаренные мне Егором к восьмому марта, – мы тут торчим уже битый час!

– Маш, давай уже возьмём! – Дашке, видимо, тоже надоела вся эта канитель. – Из-за чего мы спорим, в конце концов! Зайчики будут украшать праздничные столы, слоники, или даже крокодилы – так ли уж это важно?

– Нет, ну я же хочу, чтобы и тебе тоже понравилось! – воскликнула я. – А то несправедливо получается. Спасибо, девушка, мы, пожалуй, ещё подумаем…

– Думайте, – процедила продавщица, одним махом зашвырнула игрушки в корзину и куда-то ушла. Правильно, нечего на это безобразие, именуемое «ненормальные сёстры Светловы за месяц до свадьбы», смотреть.

– Доигрались, называется!

– Да-а-а… – протянула я. – Ох, и нелёгкая это работа – к свадьбе готовиться!

– А я говорила тебе – надо было разделить, ты в одну субботу, я – в другую! Всё бы уже давно было сделано! Так нет же! Общую свадьбу ей, видите ли, подавай, одну на две пары! Ну вот она тебе, общая, получай! Ни по каким вопросам договориться не можем! Как в детстве!

– Да ладно тебе, Даш! – я обняла сестру. – Ещё не хватало нам поссориться из-за таких пустяков!

– Вот и я говорю – пустяки! Давай уже возьмём этих румяных поросят и хоть с чем-то покончим!

– Слушай, а ты не беременна, случайно? – я с подозрением уставилась на её живот. – Что-то нервная ты какая-то в последнее время.

– Будешь тут нервной… – она вздохнула. – Забыла, где сейчас Захар?

– Даш, я тебе тысячу раз повторяла – он профи высочайшего класса, высочайшего, это ты понимаешь? К тому же Егорка сейчас с ним рядом, а он тоже у нас парень не промах. Ну, улыбнись!

– Ох, Маш, никогда я не перестану за него бояться. Даже через пятьдесят лет…

– Ну-у-у, старушка, это ты загнула! И вообще – что мы с тобой, как две клуши, в самом деле? Такое событие на носу, так долго мы к нему шли…

Музыкальное сопровождение к моим словам не заставило себя долго ждать – из Дашкиной сумки голосом одного из братьев Кристовских донеслось:

К славе ли, ради смеха ли,

Через горы и лес густой.

Ехали, всё мы ехали

За Жар-птицею золотой1…

Дослушать до конца весёлую песенку сестрёнка не дала – с поразительной быстротой выхватив трубку, она нажала на кнопку и счастливо улыбнулась.

– Любимый, наконец-то! А я уже кидаться на всех начала!

– Даш! – голос Захара раздался так громко, как будто он рядом с нами стоял. – Родная моя, у меня для тебя плохие новости…

– Что стряслось? – Дашка схватилась за мою руку, а у меня пересохло в горле. – С тобой что-то? Опять в больницу попал? Почему ты молчишь, Захар?

– Даш, Николай погиб…

– О, господи… Но почему? Как это случилось?

– Я виноват, – устало выговорил он. – Он вместо меня пошёл, понимаешь?

– Подожди, я ничего не понимаю. Почему вместо тебя? То есть если бы пошёл ты, то тогда бы…

– Нет! – резко ответил Захар. – Я в этих горах каждый камешек знаю, каждую травинку! А Николай в первый раз приехал. Я не должен был ему разрешать, я вообще брать его с собой не имел права! Сидел бы на базе, ничего бы и не случилось! Но он так упрашивал меня… Говорил, что это его последний шанс. Последний и получился…

– Захар, но он ведь сам…

– Я один за всё отвечаю, понятно тебе? Я и Ларисе то же самое сказал!

– Ты с ума сошёл?! Она же весь кислород тебе теперь перекроет, работать не даст!

– Я сам его себе перекрыл. Всё, Даш, разговор окончен. А свадьбу теперь отложить придётся.

– Как отложить? – ахнула сестра и посмотрела на меня. – Опять??

– Ты не понимаешь, что ли? – внезапно заорал он. – Из-за меня человек погиб, а ты о какой-то ерунде говоришь!

Он бросил трубку.

– Маш… – у неё дрожали губы.

– Я всё слышала, – мрачно сказала я. – Жалко Кольку, хоть и не нравился он мне никогда. Ох, что теперь начнётся!

– Всё закончилось, Маш. Он больше не любит меня…