Против часовой стрелки

Засаду бандиты устроили грамотно. Я даже не сразу о ней догадался.

МКАД мы пересекли без особых трудностей. Да, встречались заторы, образовавшиеся при паническом бегстве людей из столицы, но наш четырёхосный КамАЗ-вездеход преодолевал их без всяких трудностей. Он способен переехать невысокие стены и мелкие речки, что говорить о столпившихся легковушках? Поэтому-то и было удивительно попасть в засаду. Если бы мы видели расчищенную дорогу, что здесь проходят люди, то и вести себя пришлось бы аккуратней.

Новый мир подчас выкидывал неожиданные и нежданные вещи, и строить планы в нём можно лишь на ближайшую минуту. Максимум на две.

Когда-то на Ленинградском мосту была застава военных. Их главной задачей было не выпустить ад за пределы города. Они с ней не справились.

Из-за перевёрнутого самосвала появился первый из бандитов. На вид не больше тридцати, татуировка на шее, пистолет в набедренной кобуре, наглый взгляд. Полуденное солнце бликовало на его лысине. Он вышел на пути следования КамАЗа, и я мог его попросту раздавить. Но люди себя так нагло не ведут, если не уверены в своей силе.

— На башню, — скомандовал я супруге.

В передней части кунга у нас имелась вращающаяся башня с закреплённым в ней крупнокалиберным КОРДом. Как раз для таких случаев, когда от длины пушки зависит, останешься ты жив, или пополнишь ряды мертвецов. Ира скользнула в кунг через соединительную кишку. Я услышал, как щёлкнул затвор, затем шуршание пулемётной ленты. Плавно нажал тормоз. Тяжёлая машина остановилась за метр до вышедшего на дорогу человека.

Бандитская застава состояла из перевёрнутого самосвала, который занимал две полосы. Ещё на двух стоял бортовой военный «Урал» с пробитыми колёсами. В его кузове лежала деревянная бобина из-под кабеля, за которой сидело несколько человек с автоматами. Я видел два ствола, направленные в нас. Откуда им, дуракам, знать, что машина бронирована, а их калаши нам, словно иголка для слона.

Одна полоса оставалась для проезда. Её-то бандит и перегородил. За отбойником, на встречке, стоял двухэтажный автобус. Некоторые из его форточек открыты. Без сомнения из-за тонированных стёкол за нами наблюдали.

В принципе ничего удивительного, что здесь засада. Надо признать — лопухнулся. Сильно лопухнулся. Это как написать собственную фамилию с ошибками.

КамАЗ фыркнул. Я крутнул колёсико громкости на магнитоле, убавляя звук. Хотя музыка и так с трудом слышалась. Несколько мгновений смотрел в глаза человеку, перегородившему путь. Затем опустил стекло.

— Уважаемый, а вы не могли бы отойти с дороги? — конечно, мой вопрос звучал наивно, но попытаться стоит. Как говорится, лучшая битва та, которой не было.

— Не советую туда соваться, фраерок, — небрежно бросил лысый. — Внутри МКАДа обитает зло. А мы стоим здесь, и спасаем таких как ты, особо дерзких халявщиков, от необдуманных поступков. Понял меня?

— Понял. Но думаю, что рискнуть стоит. Спасибо за предупреждение, — я уже собирался закрыть окно, когда услышал:

— Слышь, чепушило, быстро вылез из машины и можешь быть свободен.

Как и всякий не очень умный человек он принял доброту за слабость. А зря.

— А с какого перепугу ты со мной так разговариваешь? — нарочито нагло улыбнулся я. — Ты хоть знаешь, кого ограбить собрался?

За последние семь лет мир сильно изменился. Сила и оружие стали самыми весомыми аргументами в любых спорах. Мы с женой объехали половину мира, и, бывало, попадали в такие передряги, из которых выбраться казалось нереально. Однако мы выбрались. Но этот бандюган, естественно, даже не догадывался, кто перед ним. Иначе бы без вопросов пропустил.

— Слышь, фраер, мне плевать кто ты и откуда, — бандит уверенно скрестил руки на груди. На лицо выползла мерзкая ухмылка. Он уже чувствовал победу. — Ты на моей земле, значит должен мне! Тебе понятно?

Я кивнул. И вправду понятно. Люди, которые любят жить за чужой счёт, были, есть и, к сожалению, будут. Но это не значит, что им надо позволять жить за чужой счёт. За последние годы только мы уничтожили множество подобных банд. Но они появлялись снова и снова. Как грибы после дождя. Их рождала анархия, завладевшая миром.

— Я реально даю тебе последний шанс, — сказал бандит. — Если хочешь остаться живым, то выбирайся и топай отсюда. Нам ещё один ходячий мертвяк ни к чему.

Я деланно призадумался. Даже подбородок почесал, мол, смотри, как сильно размышляю над твоим предложением.

— Знаешь, — наконец ответил ему. — Есть такая поговорка: никогда не верь вору, наркоману и менеджеру по продажам.

— Как хочешь, чёрт, — нахмурился лысый. Он резво скакнул назад и попытался спрятаться за «Урал», но первые же три пули из пулемёта бросили его на асфальт.