Простое решение

Было начало апреля, пятница. Поздний вечер на железнодорожном вокзале. Вечер, пахнущий старыми шпалами, только-только очнувшимися от зимней спячки, влажным воздухом и душным парфумом людей, собравшихся на перроне, лег на плечи Ленки Андрейченко. Шелковым платком лег, прохладным и нежным, как прощальный взгляд мужа.

Ленка уезжала сегодня в Киев и боролась с соблазном остаться. Мужу сказала: мол, надо съездить на рынок за сапогами, мол, в Киеве сапоги намного дешевле, но за один день вряд ли сможет найти что-нибудь путное, так что жди в понедельник… А сама рвалась в объятия любовника.

Ленка чувствовала, что рядом с мужем у нее непрерывно растет живот (если бы от беременности!), а счастья становится все меньше. Любовник — другое дело… С ним она не чувствовала ни живота, ни ног, теряла голову и становилась все красивей. «Самые красивые женщины те, которых любят», — скажет позже ей один священник. «А те, которые любят сами, красивее первых», — добавляла про себя Ленка.

Сейчас, стоя на перроне в ожидании проходящего поезда, она мечтала о жадном теле любовника и изводила себя, не в силах сделать окончательный выбор. Ленка завидовала подругам-знакомым, которых такая беда-счастье или обошла стороной, или еще не нашла, или давно уж ими была проглочена вместе с хлебом и дешевым вином…

«Вот Алка Барсук. Пятый год подряд постится, все посты соблюдает, на мясо во время поста не взглянет, а в рот — ни мясной крошки! Ни сил, ни жизни по сторонам глядеть. Я бы так не смогла… А Барсучиха может. Да ей, правда, другого и не остается. Наверное, Бог слышит ее молитвы и защищает. От кого? Хм, видать, от кредиторов, которым Барсуки задолжали кучу денег. А может, я напрасно злорадствую?.. Так или иначе Алка выбор сделала. Даже если и не по собственной воле.

А Людка Гриценко? Хороша, ничего не скажешь. Оттого что с мужем повезло.

Хозяйственный у нее Серега, ко всему руки стоят, все пальцы на месте, а, судя по Людкиным словам, главный палец всегда в небо смотрит… А Людка в это время смотрит по сторонам. Мужчин коллекционирует, как мой меньший значки. И все норовит какой-нибудь редкий экземпляр подцепить. Как это ей только удается?.. Вот и получается, Людка свой выбор тоже сделала — выбор в пользу всех мужчин, которые ее захотят.

Жену Жени Безсонова, Веру, я, честно говоря, немного недолюбливаю и… Ведь Вера — неисправимая интеллигентка, муж — стареющий мальчик-романтик. Странные люди. Казалось бы, совсем не приспособлены ни к чему, а что-то строят из себя… Но ведь тянет меня к Верке, ой как тянет! Что-то есть в ее душе необыкновенное, какой-то простор! Словно вышла по весне в поле, а сверху солнце пригрело, и весь ледок на сердце тут же и растаял…

Нинка Ходасевич тоже вроде как жена творческой личности. Но оба гораздо более земные. Вадим глину свою на деньги меняет, а Нинка борщи ему варит. Тоже свой выбор сделали. Что-то наподобие синицы в руках.

У Марго Мельниченко вообще нет мужа. Зато есть собственная машина, бизнес и кожаное пончо. Есть еще мужская нахрапистость и габариты, обязывающие называть ее большой и красивой женщиной. Она из тех, которые выбирают по жизни. Правда, ее выбор с течением времени становится все более жалким и требует срочной замены.

Хм, то ли дело я, влюбленная дурочка, полюбила одного селезня, да и с другим хочу жить вместе…»

…Киев начинается с жевательной резинки. «Винтер фреш» приводит мысли в порядок, спасает от зевоты и резиновой улыбки… Поезд «Харьков-Житомир» прибыл в Киев в полседьмого утра. Сойдя со ступенек вагона, Ленка тут же позабыла о нем.

Ленка старалась держаться свободной в стиснувшем ее людском потоке. Вскоре поток, обойдя стороной реставрируемое здание вокзала, а затем обогнув обнесенное дощатым забором метро, вынес Ленку к стеклянным дверям с надписью «Вхід».

В метро пахло метро: машинным маслом, резиной, людьми, механизмами и недалеким прошлым, когда за пять копеек можно было купить целое приключение… Но Ленка спускалась в свое будущее. С удовольствием спускалась, немного нервничая и оттого потея.

Любовник у нее был странным молодым мужчиной. Красивым, умным и денежным. Работал в какой-то крупной дизайнерской фирме, создавал вещи, названия которых Ленке никогда не выговорить. Высокое и недостижимое возбуждает так же, как низкое, падшее…

Любовник предпочитал заниматься с Ленкой любовью в строго отведенные им для этих занятий часы. Остальное время он проводил на работе или в гордом одиночестве. По большому счету Ленке было наплевать на эти его причуды и странности. Сейчас, сидя в метро, ее увлекало ожидание песни, которой запоет ее тело, ее душа после четырех-пяти часов классного секса.