Простая игра (СИ)

Последние дни августа выдались на редкость теплыми и солнечными, словно уходящее лето хотело оставить о себе добрую память после череды холодных дождливых дней, обративших макушку лета в осень. Раннее солнце еще не поднялось в зенит, но уже начало разогревать землю и согревать горожан, ежившихся от утренней прохлады на остановках в ожидании непостоянного общественного транспорта.

Подполковник Говоров, начальник следственного отдела местного управления внутренних дел, отодвинул тяжелые портьеры, и солнечный свет ударил через освобождённые окна, как символ победы светлого над темным, заставив мрак развеяться и забиться в самые укромные уголки начальственного кабинета.

Прямые лучи отразились от стеклянных витрин высоких шкафов, разбежавшись солнечными зайчиками от выставленных там кубков и наград за спортивные достижения следственного отдела.

Капитан полиции, Вероника Быстрова, разглядывавшая до этого золото и серебро за прозрачной витриной, зажмурилась от одного из таких бегунов, нахально запрыгнувшего ей на переносицу. Пользуясь моментом, она попыталась сфокусироваться на темноте, очистив сознание от мыслей и посторонних звуков.

— Итак, — подполковник сел за стол и извлек из его недр тонкую бумажную папочку. — Просыпайтесь, Вероника Андреевна! Довожу до вас оперативную обстановку.

Он развязал примитивные тесемки и извлек единственный, заполнявший все ее пространство, листок.

— Неопознанный труп мужчины, возраста примерно тридцати лет... Обнаружен сегодня утром в лесу... Без денег, без документов и всяких смартфонов-гаджетов, без насильственных причин смерти. Из особых примет — пятно на шее непонятного происхождения. Связь с причиной смерти, по мнению экспертов, не очевидна.

— Может быть он живой? Спал просто, — подала голос капитан.

— Что? — оторвался от бумаги подполковник. — Теперь уже не проснется. Тело в морге, вскрытие ничего не показало...

— Что не умер от вскрытия — и то ладно. Шутка.

— Принято. Нет, вскрытие тут не причем. Юмор у вас, надо сказать... черный!

— Профессиональный. Так в чем же причина смерти?

— Помните анекдот про ежика, который умер от того, что забыл, как дышать? Нет? А я думал, что вы уважаете детское творчество. Особенно бородатое.

Вероника изобразила вежливую улыбку и подумала, что шутить с начальством чревато хотя бы тем, что может спровоцировать ответный юмор, от которого сводит зубы в оскомине. Самое сложное при этом — постараться не отобразить реальные чувства на лице.

— Значит, удушение?

— Ничего это не значит, — подполковник вздохнул и завязал тесемки на папке. — Это я привел пример в качестве иллюстрации абсурдности происшествия.

— Кто обнаружил труп, вне подозрений?

— Вряд ли восьмидесятилетняя старушка способна на такое. Хотя, вам, профессионалам, видней. Вот, как профессионал, и принимайте дело. Поговорите со свидетельницей, съездите на место происшествия... Не мне вас учить, приступайте к работе.

***

Кафе, в котором Юрий расположился за небольшим столиком, было ему хорошо знакомо. Расположенное в стороне от центра города, оно привлекало своей тихой атмосферой и незатейливым помещением, практически лишенным отделки, то есть в ультрамодном лофт-стиле.

Но особое отношение Юрия к нему не было связано с его антуражем. Не так давно он познакомился с очень приятной девушкой. Случайная встреча с соседкой, снявшей квартиру в его районе, показалась ему предопределенной судьбой. Набравшись смелости, он сделал первый шаг навстречу, и его внимание было принято с благосклонностью. С тех пор свидания в этом кафе стали приобретать все более частый характер. Теплота встреч ложилась отпечатком на обстановку, придавая ей вид старого доброго товарища, в присутствии которого пролетело немало прекрасных минут.

Ему показалось, что теперь он вправе сделать следующий ход, шагнув в их отношениях чуть дальше. Юрий пришел заранее, чтобы настроиться на соответствующий лад. Он потрогал карман, выпуклый от маленькой коробочки, в которой пряталось колечко с бирюзовым камушком, и улыбнулся. Вечер обещал быть прекрасным.

Чашечка кофе едва подошла к концу, как за его столик просочился молодой человек, ловко втиснувшись между стулом и столом так, что не сдвинул ни то, ни другое. Впрочем, это было неудивительно, потому что незнакомец по комплекции был далеко не Геракл, даже если бы того закатали в мумию египетские жрецы. Белая рубашка свисала на нем, как на вешалке, а расстегнутый перекосившийся воротник был прихвачен съехавшей на сторону черной бабочкой. Его соломенные волосы были словно наэлектризованы и никак не могли сойтись полюсами друг с другом, отчего торчали антеннами в разные стороны, разве что не искрясь от напряжения.

Больше всего Юрия беспокоили его глаза, которыми тот постоянно пытался посмотреть в разные стороны. Как ни странно, это иногда ему удавалось, и тогда лицо на миг превращалось в застывшую маску, а потом все начиналось сначала.