Пророк Спасителя. Надежда некроманта Книга I

СЕРГЕЙ БОРИСОВ


ПРОРОК СПАСИТЕЛЯ.
НАДЕЖДА НЕКРОМАНТА


АННОТАЦИЯ:

В нашем мире простой российский вахтовик погиб во время террористической атаки.В другом мире у некроманта эльфы убили сына,и он попытался вернуть его из-за Кромки,но...

ПРОЛОГ

— Здравствуйте, дамы и господа! Вас приветствует командир...

Иван привычно закрыл глаза и расслабился в кресле салона авиалайнера. Эти слова, а также следующую через 5–6 минут инструкцию на случай чрезвычайной ситуации он слышал десятки раз во время своих многочисленных полётов. Он всегда просил место в хвосте и около иллюминатора — и шум от турбин потише, и людей не так много, особенно в некурортный сезон. А в такое неспокойное время, как война с Украиной и общее напряжение отношений со всем так называемым «цивилизованным миром», россияне вообще стараются поменьше пользоваться авиаперелётами. Ну а у него выбора нет — билеты покупает компания. С севера до Москвы три часа полёта и затем ещё два до дома. Но это всё мелочи — двухмесячная вахта закончилась, скоро увидит и обнимет жену с дочками, а потому настроение хорошее, да и двести граммов традиционного перед полетом коньячка приятно согревали желудок. Наконец, предполетная суета закончилась. Самолёт, вырулив на ВПП, начал увеличивать скорость и, разогнавшись, плавно оторвался от поверхности, устремляясь ввысь. Раздался стук убранных в фюзеляж стоек шасси... Как вдруг в кресле, что находилось впереди через пару рядов, детский голос громко воскликнул:

— Папа! Смотри! К нам с земли что-то летит!

— ДА НУ НАХ...!!

Успевший открыть глаза Иван увидел в иллюминатор, как какой-то пулеобразный предмет с вырывающейся из задней части струёй огня с огромной скоростью врезается в турбину авиалайнера... Громкий хлопок, гул мотора прервались, и самолёт резко клюнул носом вниз. Ивану Оршеву не повезло дважды: первое невезение, впрочем, как и у других пассажиров, заключалось в том, что он попал именно на этот рейс. Второе было намного ужаснее: он не погиб сразу и не потерял сознание от множества переломов, а потому сгорел заживо, понимая неизбежность смерти.

РИА Новости:

«24 апреля 20## года в результате террористического акта украинских боевиков при взлете был сбит пассажирский самолет АН-148, вылетавший из Московского аэропорта Домодедово в Омск. Все 65 пассажиров и 6 членов экипажа погибли. Ведутся следственные и розыскные мероприятия.»

ГЛАВА I

Аэнор равнодушно смотрел на толпу низших. За шесть годичных командировок на Авасиб всё это было множество раз — и угрюмые, заросшие шерстью морды самцов, и крики самок, у которых отбирали детёнышей. Бывали и нападения в тщетных попытках отбить своё потомство. И хотя эти атаки всегда заканчивались казнью каждого пятого жителя селения, где находились такие безумцы, по мнению Аэрона, они происходили слишком уж часто. Вот и сейчас его интуиция подсказывала, что могут быть неприятности. Аэнор хоть и редко, но терял воинов своей сотни во время таких бунтов, ведь, несмотря на опыт, от случайностей никто не застрахован. Эти низшие хуже животных — никогда не знаешь, что от них ожидать.

«И чего они так кричат, привёл бы вожак этого селения положенное количество детёнышей в пункт сбора, и не был бы я сегодня со своим отрядом здесь, не забирали бы всех десятилетних хуманышей», — мысленно морщился сотник, наблюдая, как солдаты собирают в отдельную кучу детей от восьми до одиннадцати лет. Это была рутинная работа, которую воины выполняли множество раз и могли определять возраст детёнышей на глаз. Конечно, огрехи случались, но это было неважно — там, куда их доставят, разберутся и отсеют непригодных. А ещё сотник знал, что всегда находились те, кто думал, что они самые умные и хитрые, и пытались спрятать своих детёнышей. Зря они так думали — у сотни Аэрона очень большой опыт в таких операциях, и в данный момент проводился поиск таких хитрецов. Внезапно на окраине селения на участке, где работал десяток под командованием младшего брата Аэрона Аэрдайла, раздался резкий звук сигнального горна, означающий «Тревога», и сразу же перешедший в «Нападение».

Внутри Аэрона всё сжалось от дурного предчувствия.

— К бою!