Промзона. Снежная Королева (СИ)

Тяжёлая выдалась неделя. Давно Герда так не уставала. Пришлось вкалывать по двенадцать часов в сутки, потому что властям приспичило в рекордные сроки построить новый свинарник. Мэр так и сказал: «Комитет принял решение и теперь, друзья мои, очень нужно постараться». Очень уж он любил слово «очень». Все и старались. Герду сняли с несложной работы в тёмных теплицах, где выращивали шампиньоны и вешенку, и определили на стройку. Семь дней кирпичи и доски таскала будто ломовая лошадь. На жаре, как никак середина июля. И комитету плевать, что ей всего семнадцать и она далеко не атлет. По утрам еле с койки вставала — мышцы ломило, а домой чуть ли не на коленях приползала. И нафига нужна была такая спешка в строительстве? Словно бы в ближайшее время миру настанет трындец и только от этого чёртова свинарника зависела судьба человечества. Точнее, остатка человечества, учитывая, что первый трындец уже был пять лет назад.

Но наконец-то вечер субботы. Завтра выходной.

И наконец-то дома.

Герда скинула ботинки в коридоре, сразу же ощутив лёгкость в ногах. Позвала брата:

— Кай!

Тишина. Это было ожидаемо. Кай в последнее время придумал глупую игру: она возвращается с работы, а он прячется. Вот и сейчас, наверняка, сидел где-нибудь в шкафу и хитро улыбался.

— Кай, чтоб тебя, не стану я тебя искать. С ног валюсь. Надеюсь, ты ужин приготовил?

Она прошла на кухню. Брат разумеется приготовил ужин. Как всегда. Ему всего десять, но он вполне самостоятельный. Сегодня в меню — картошка с грибами. Герда вымыла руки в рукомойнике. В дверном проёме появился Кай.

— Ну Герда, я сижу за диваном, а ты меня не ищешь. Я так не играю.

Злость появилась и тут же прошла. Не могла злиться на брата. И объяснять, что ей сейчас приходится туго, что она вкалывает на строительстве свинарника, чтобы получить полноценный паёк, тоже не хотелось. Пусть думает, что всё как раньше. А она — просто устала. Все устают.

Поужинала. Кай неплохо готовил, особенно хорошо у него получались грибы. Было желание пойти спать, но по традиции, вечером, они всегда играли в шахматы. Лучше традицию не нарушать, одну партию можно себе позволить, а потом — на боковую.

Кай играл белыми. Он двигал фигуры почти не раздумывая. А Герда не спешила делать очередной ход.

В эту квартиру они переехали два года назад, когда прекратились набеги мутантов на город. До этого жили в общаге, в те времена там было безопасней. Решение переехать далось нелегко. С одной стороны, это квартира, где Герда выросла, всё тут родное, а с другой... здесь умерли мама, папа, бабушка. От лихорадки Марбург, как и множество людей на планете, которые сумели пережить войну, но стали жертвами вируса. Маленький Кай видел, в каких мучениях умирали родители, для него это стало страшным ударом. Он замкнулся в себе, почти год не разговаривал, но время его излечило, правда не до конца, иногда по ночам ему до сих пор снились кошмары, и он просыпался с криком и в холодном поту. Какое-то время Герда была на сто процентов уверена, что они с братом ни за что не вернутся в эту квартиру. Однако и тут время повлияло благоприятно. Всё страшное ушло на второй план, а на первый выдвинулись хорошие воспоминания. Порой так и виделось, как бабушка печёт блины на кухне, как папа возится со старым велосипедом, пытаясь его починить. И как мама стоит у открытого окна и солнечный свет окутывает её фигуру. Колышутся занавески, птицы поют на улице...

Именно хорошие воспоминания повлияли на решение вернуться в квартиру, где всё было родным. И Кай поддержал это решение, сказав, что соскучился по своей комнате и что ему надоела шумное общежитие. Похоже, его мало волновали призраки прошлого. Он был практичным не по годам и хотел жить там, где территория исключительно семьи, то есть, его и сестры. Территория, где можно делать что хочется. Например, выращивать на подоконнике и балконе помидоры, сладкий перец и огурцы, и не бояться, что всё это кто-то сопрёт.

Возиться со своим «огородиком» Кай любил, а растения, как будто, любили его. Недавно они с Гердой поспорили, кто вырастит лучший перец. Он победил. Подтверждение победы сейчас стояло на подоконнике в гостиной. В одном горшке красовался пышный куст с мясистыми овощами, а в другом — чахлое недоразумение, и это учитывая, что Герда трудилась в теплицах. Определённо у него талант, который он скоро начнёт применять на пользу поселения. Возможно, станет агрономом. Герда об этом мечтала. Не хотелось, чтобы брат был обычным рабочим, которого в любой момент могли послать на очередную стройку кирпичи таскать. Он заслуживал большего.