Проклятие замка Комрек

Париж, туннель перед мостом Альма

31 августа 1997 года, 0:59

Пока ее жизнь растворялась в сплющенном салоне «Мерседеса», она думала о двух своих сыновьях.

Кто позаботится о них? Кто поможет преодолеть непростые годы юности?

Нет, только не их отец! О Боже, только не он, учитывая все его комплексы и заблуждения. Разве сможет их юность быть нормальной под гнетом его воспитания?

Сознание угасало в ней одновременно с остывающей плотью. Она чувствовала, что стремится оторваться от этой искореженной металлической оболочки, которая, сжав ее тело, причиняла адскую боль… Она стремилась уплыть куда-нибудь далеко-далеко…

Она смутно воспринимала непрерывные яркие вспышки, гомон потрясенных, алчных голосов – последние звуки, которые она когда-либо услышит, – меж тем как потеря сил смягчала мгновения, остававшиеся ей пребывать в этом назойливом мире.

Даже теперь, когда жизнь покидала ее, дела и заботы призывали вернуться к миру живущих.

Да, прежде всего, двое ее сыновей – кто же все-таки за ними присмотрит?

Кратчайшие обрывки их образов сопровождали ее путь в безболезненную бархатистую пустоту, но потом и они покинули ее, предоставив ей задуматься на секунду: повстречает ли она после смерти душу едва родившегося ребенка, которого потеряла.

Забвение пришло в тот миг, когда к ней протянулись руки, чтобы помочь…

Внутри книжного магазина стоял неряшливо одетый мужчина невысокого роста и, щурясь, чтобы лучше видеть, наблюдал за происходящим на улице сквозь витринное стекло.

Он следил за дверьми огромного серого здания, где располагались офисы и студии Всемирной службы Би-би-си, – двери эти все время впускали и извергали из себя непрерывный поток посетителей и персонала. Объект все еще оставался внутри здания, но Седрик Твигг был терпелив, как всегда, комфортно чувствуя себя даже в роли книжного червя в магазине сети «WHSmith»[1], что на Кингсвэй. Он нервно вздыхал, делая вид, как сильно его заинтересовал написанный в возвышенном стиле роман, который держал в руках. Он простоял так последние двадцать минут, прибыв за полчаса до контрольного времени. Потом он принялся изучать толстые книги в суперобложках, расставленные пирамидками в разных местах магазина: «просматривал» аннотации, а временами как бы даже вчитывался в предисловия; аккуратно пролистнув том, ставил на место, а затем выбирал другой.

Неторопливо блуждая среди полок, он нашел «дорожку» от задней стены магазина к большим зеркальным окнам с видом на оживленную улицу, где и выбрал очередную книгу под названием «Новости плоской Земли», раскрыл ее и поднес поближе к лицу так, словно бы углубился в чтение.

Регулярно, раз в несколько минут, он бросал в окно рассеянный взгляд, как будто обдумывая суть текста, хотя на самом деле смотрел на впечатляющую архитектуру здания на Олдвич в конце широкой и оживленной Кингзвэй. В задней части Буш-хауса[2] имелся еще один выход, в небольшой двор, за которым присматривал его помощник. Звонок на «самсунг» Твигга подскажет ему, что объект вышел из здания через другие двери.

Он вновь «впился» в содержание книги и даже перевернул страницу, пораженный предостережениями о засилии в мире средств массовой информации.

Твигг был мастером своего дела, и когда-то ему доставляли удовольствие все уловки, необходимые для слежки и преследования, изучения привычек объекта и мест, регулярно им посещаемых. Но в последнее время он стал считать слежку нудной и малоприятной. Длительные наблюдения его утомляли, а удовлетворение наступало, только когда вопрос решался окончательно и бесповоротно.