Проклятие индийского мастера

Пусть знает тот, кто дотронется до спрятанных сокровищ, что его возвращение будет не длиннее лезвия моего кинжала

Немолодой мужчина вздохнул, откинулся на спинку кресла, взял из коробки сигару и, понюхав, положил обратно. Встал. Нервно прошелся по кабинету и достал из бара бутылку виски, стакан и вернулся к столу.

— Генерал Аллен, — зазвучал женский голос, — вам категорически запрещено пить и курить. Я немедленно позвоню врачу.

— Подожди, Лусия, — попросил он, — подойди и послушай.

— Что послушать? — В кабинет вошла смуглая женщина. — Я знаю, что вам нельзя курить и пить. Ваш племянник Ричард и его мать просили присмотреть за вами. Вы им дали слово.

— «Я здесь уже полмесяца, — стал читать генерал. — Рана затянулась, начал приходить в себя. Но через два дня свершилось страшное. Недалеко от берега шел бой. Три самолета атаковали какие-то суда. Две бомбы взорвались прямо перед входом в нашу пещеру. А выход из нее закрыт навсегда. Кончились продукты и вода, люди озлоблены. Сначала все пытались что-то сделать, чтобы можно было выплыть хотя бы одному человеку. Но скоро все поняли бесплодность этих попыток. Мой помощник Карлос перенес огнестрельное оружие в подводную лодку. Туда же мы заранее перетащили запас воды и пищи. Через двое суток началось страшное. В бою эти люди спасали друг друга, рискуя жизнью, для них я был отцом, братом и богом, а теперь команда пошла на штурм подводной лодки. Я отдал должное предусмотрительности Карлоса. Он перенес в подводную лодку все оружие, боеприпасы и взрывчатку. Нам пришлось стрелять из пулеметов, и мы убили пятерых, прежде чем остальные сорок пять человек остановились. Мы неделю выдавали еду малыми порциями. На что надеялся каждый? — Генерал посмотрел на Лусию. — Наверное, на чудо, — продолжил он чтение. — Но я знал, что действует проклятие индийского мастера. Он так и не отдал мне ключ к глобусу. И ничего не объяснил. А перед смертью сказал: «Мой далекий предок, который сделал эти два глобуса, в которых заключена тайна сокровищ пирата Черного Джона, был серьезно ранен пиратом, за то, что он не открыл ему тайну ключа. Его пытали, но он сказал только одно: если бы ты не пытался убить меня, я рассказал бы тебе. А теперь я уношу эту тайну. И никто не узнает, где находятся твои сокровища, потому что ты никому не сможешь открыть тайну своего клада. Ты жаден и злобен, я проклинаю твои сокровища. И Черный Джон заболел. Мне рассказал об этом мастер, потомок того, первого. Я пытал его огнем и железом. Так я сказал немецкому барону фон Беркеру, который пытался убить меня, чтобы забрать глобус. Я потерял сознание, и он забрал глобус. Меня спасли мои люди, они переправили меня в наше убежище. А теперь они хотят убить меня. Стычки за каплю воды, за кусок галеты, который мы выдавали в течение недели, стали нормой. Но самое страшное началось, когда мы с Карлосом объявили, что пищи больше нет. На пятые сутки люди начали есть трупы, а потом друг друга. Когда закончилась питьевая вода, они стали собирать капли, сочащиеся по толще каменной стены. Был сезон дождей, воды хватало на всех. Небо продлевало наши мучения. Сегодня тридцатое июня сорок пятого года. Мы здесь уже два месяца. Из команды в шестьдесят восемь человек осталось тридцать два, включая нас с Карлосом. Счастлив тот, кто умирал сам. Карлос и я тоже становимся врагами. Еды осталось, при самом экономном потреблении, на неделю. Я понимаю, что должен убить его. И уверен, так же думает Карлос. Среди людей снова началась охота за себе подобными…» — Генерал покачал головой. Лусия всхлипнула.

— Так вот что там было, — прошептала она. — Вот что вы нашли. Господи! — Она налила в стаканы виски и, не отрываясь, выпила. — Курите, генерал! — Она достала коробку сигарет. — Иисус, святая Мария, — прошептала она. — Это же написано тем, кто все это сделал…

Генерал отпил виски, закурил сигару и налил горничной еще виски.

— Как ты, мама? — В комнату вошел рослый молодой мужчина.

— Намного лучше, — вздохнула седая женщина. — Я не знаю, как благодарить генерала.

— Он искал нас и нашел. — Сын поцеловал ее. — А еще генерал строго-настрого приказал не благодарить его. Кстати, я принял предложение Аллена и буду…

— Снова воевать? — встревожилась мать.

— Генри сказал, что берет меня только с условием, что я не буду настаивать на своем участии в боевых операциях. Я обещал.

— Спасибо, Аллен, — улыбнулась мать. — Было бы совсем хорошо и я обязательно поправилась бы, если бы ты женился и у меня были внуки.