Проклятие Галактики

Говорят, самая никчемная деталь в современном космическом корабле – это экипаж. Автоматика прокладывает маршруты и следит за окружающим пространством, управляет работой двигателей и контролирует системы жизнеобеспечения, регулирует расход топлива и одновременно учитывает тысячи иных необходимых для обеспечения безопасного полета параметров. На долю человека остается лишь скромная наблюдательная функция. Редкое исключение из этого незыблемого правила составляют разве что окрестности густонаселенных и индустриально развитых планет, орбиты которых заполнены таким количеством всевозможного космического хлама, что с ним не справляются даже самые изощренные противометеоритные системы. Вот где пилотам приходится ненадолго вспоминать о своих непосредственных обязанностях и начинать «крутить ручки».

Одной из таких планет и была Джанезия.

Ник коснулся пальцами сенсорной панели, и матово-серая поверхность стен ходовой рубки неожиданно обрела глубину и объем. Вспыхнули россыпи разноцветных огней – сотни вновь прибывших и теперь занимавших свои орбиты кораблей, а также десятки бортов, устремлявшихся прочь, в ледяную глубину пространства. Веер тонких линий указал Нику свободные маршруты подхода к орбитальному терминалу, а мерцавшие рядом индикаторы продемонстрировали относительную и приборную скорость, дистанции сближения, текущие режимы работы маршевых двигателей и двигателей ориентирования. На мгновение Нику представилась его собственная машина так, как она, наверное, должна выглядеть сейчас со стороны: крохотная, едва заметная блестящая искорка на фоне наползающей откуда-то из пустоты исполинской зелено-голубоватой равнины планеты. Конечно, он не смог бы увидеть отсюда стыдливо прикрывшиеся пушистыми шапками облаков красновато-бурые материки и изумрудные океаны Джанезии: иллюминаторы наружного обзора – непозволительная роскошь для старенького заштатного транспортника. Оставалось лишь задействовать собственное воображение.

Еще одно короткое движение – и в голове одновременно зазвучали десятки голосов, заполнившие собою все внутреннее пространство черепной коробки от макушки и до затылка.

– Спейс трафик контроль, «Вирджин Галактик» пятьдесят тридцать, на опорной.

– «Вирджин» полсотни тридцать, эс-ти-си, сохраняйте опорную до команды, подход по схеме. Код ответчика один два шесть.

– Джанезия-контроль, «Трансгалактика» ноль шесть семьдесят шесть, доброе утро, расчетную орбиту заняли.

– «Галактика» – семьдесят шестой, приводные маяки принимаете?

– Принимаем, семьдесят шестой.

– «Галактика» – семьдесят шесть, начинайте торможение, об освобождении зоны прибытия доложите.

– Ноль шесть семьдесят шесть, разрешили торможение, режим тридцать…

Космос жил своею собственной, торопливой, яркой и кипучей жизнью. Ник слегка поморщился, чуть убавив мощность волнового передатчика. Замечательное изобретение, по задумке ученых-физиологов призванное вернуть слух страдающим глухотой людям, нашло себе более широкое применение, навсегда избавив пилотов от неудобных и громоздких акустических гарнитур. Однако излучение, транслирующее информацию непосредственно в мозг получателя, почему-то раз за разом вызывало у него головную боль. Чуть помедлив, Ник взглянул на закрепленную в левом подлокотнике кресла бумажку с нацарапанным на ней номером рейса и тоже включился в неторопливую беседу пилотов и диспетчеров:

– Спейс трафик контроль, доброе утро, «Тристар-карго» двадцать три ноль восемь, прохожу внешний маяк, рассчитываю подход к терминалу через двадцать шесть минут.

Несколько коротких мгновений ушло на то, чтобы бортовой компьютер автоматически настроил систему связи на нужный канал, отсекая все посторонние переговоры, и в висках Ника возник из ниоткуда звонкий женский голос:

– Доброе утро, «Тристар» двадцать три ноль восемь, проход внешнего маяка подтверждаем, занимайте опорную, апоапсида шесть шестьсот семьдесят. Для сведения, попутный на удалении триста двадцать.

– Разрешили шесть шестьсот семьдесят, – откликнулся Ник, выискивая глазами среди царившего вокруг мельтешения разноцветных линий и огней упомянутый диспетчером попутный борт. Вот он: судя по обозначению на услужливо нарисованной бортовым компьютером схеме, небольшой частник, орбиты почти совпадают, а вот расстояние до него постепенно сокращается. Значит, он начал торможение чуть раньше. В любом случае, дистанция пока неопасная.