Проклятие Айви-хаус

Неожиданное наследство Эбигейл состояло из старого дома в богом забытой маленькой деревушке. Именно так она думала, сходя с поезда на нужной ей станции. И точно так же думала, пока такси, подпрыгивая на кочках, везло ее по разбитой дороге, отчего все внутри нее переворачивалось, вызывая легкую тошноту. Но когда машина притормозила у огромного особняка, который, тем не менее, все-таки оказался старым, Эбигейл прищурилась.

– Вы уверены, что привезли меня туда, куда надо, сэр? – спросила она шофера, с видом, какой обычно принимала ее когда-то до абсурдного высокомерная, а ныне покойная тетка.

– Уверен, мисс, – широко улыбаясь, ответил он, оборачиваясь. – Ньюгейт-стрит пятьдесят один. Айви-хаус.

Эбигейл нахмурилась. Вряд ли совершенно незнакомый дядя Джордж, который и оставил ей этот дом в наследство, был настолько богат, чтобы жить в особняке, да еще и с названием. Так что она была убеждена – шофер привез ее не туда.

– Мисс, – тем временем начал он ее поторапливать. – Простите, но у меня еще заказ в городе.

Несмотря на извинения, в голосе шофера совершенно не было никакого раскаяния. Эбигейл тяжело вздохнула, всем своим видом демонстрируя отношение к его словам и поведению в целом, а затем полезла в дорожную сумку за кошельком. Медленно открыв его и отсчитав нужную сумму, она протянула деньги шоферу, а, когда он наклонился, чтобы их взять, не смогла удержаться от комментария:

– Я пожалуюсь в службу такси, – приподняв бровь, произнесла она. – Потому что более чем уверена – вы привезли меня не туда.

Улыбка медленно сползла с лица шофера, а затем и вовсе превратилась в гримасу, полную злорадства. Эбигейл невольно отшатнулась, испугавшись такой резкой смены его настроения.

– О, я вижу, что не ошибся. Вы копия покойного мистера Дакера. А это значит, вам стоит опасаться проклятья, живущего в этом доме, мисс, – последнее слово шофер произнес с явно выраженным презрением.

Эбигейл вздернула подбородок, на мгновение забыв, что всегда считала его слишком острым для того, чтобы так сильно приподнимать голову, и высокомерно произнесла:

– В ваших краях осталось еще слишком много… – она на секунду задумалась, пытаясь подобрать емкое слово, – предрассудков, – наконец, произнесла Эбигейл.

А затем, не дожидаясь ответа шофера, вышла из машины, стараясь не наступить в грязь, которая, казалось, была везде, и брезгливо приподняла юбку.

Шофер торопливо вышел из машины, достал багаж Эбигейл, а затем практически бросил чемодан к ее ногам. И уже через минуту машина, пробуксовывая на влажной после дождя земле, развернулась и поехала в сторону города. Эбигейл вздохнула. Она хотела выпить чаю, хотела вернуться в свою небольшую квартирку с камином и довольно неплохим видом на город, но ей давно было пора признать – она больше не могла себе этого позволить. С тех пор, как Эбигейл потеряла работу, ее выселение стало вопросом времени, и счет шел уже на дни, а наследство дяди Джорджа оказалось просто подарком небес. Теперь у нее по крайней мере было жилье. Пусть и на краю богом забытой деревни.

Издав непонятный полувздох-полустон, Эбигейл приподняла юбку повыше и уверенным шагом направилась в сторону особняка. Грязь чавкала под ее ногами, заставляя Эбигейл хмуриться с каждым шагом все сильнее. Ничто на свете она не ненавидела сильнее, чем осень во всем ее “очаровании”. Когда Эбигейл, наконец, достигла крыльца, ее ботинки, казалось, стали тяжелее на пару фунтов. С очередным тяжелым вздохом она поднялась по раздражающе скрипящим ступеням и, брезгливо поморщившись, сжала в ладони молоток в форме фурии.

– Как примитивно, – тихо пробормотала себе под нос Эбигейл, присмотревшись к молотку, и трижды стукнула им по двери.

К ее великому разочарованию, в тот же момент дверь не распахнулась. Нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу и кусая губы от едва сдерживаемого раздражения, Эбигейл хотела было снова постучать, но именно тогда, когда она почти снова прикоснулась к безвкусному молотку, дверь невыносимо медленно начала открываться.

В полумраке за дверью с трудом угадывались очертания мужчины. Эбигейл прищурилась, чтобы лучше его рассмотреть, но это не помогло. Он оставался в тени, и все, что было понятно по его фигуре, так это то, что он был достаточно маленького роста.

– Добрый день? – слегка вопросительно произнес человек, открывший ей дверь.

Эбигейл откашлялась, прочищая горло, и выпрямила спину.

– Меня зовут Эбигейл Одли, – произнесла она, поправляя дамскую сумочку, висящую на плече. – У меня есть письмо…

– Добро пожаловать, мисс, – не дослушав, перебил ее мужчина.

Он шагнул в тень, отворяя дверь чуть шире, так, словно этим неочевидным жестом приглашал Эбигейл зайти внутрь. Она замешкалась. Все это вызывало в ней исключительно раздражение, но, вспомнив, что с недавних пор ей попросту было негде жить, она подобрала юбки и с максимально возможным достоинством перешагнула через порог Айви-хауса.