Происхождение и развитие сознания

Нижеследующая попытка обрисовать архетипические стадии развития сознания основана на современной глубинной психологии. Это — практическое приложение аналитической психологии К.Г.Юнга, даже тогда, когда мы пытаемся развить эту психологию и умозрительно выходим за ее границы.

В отличие от других возможных и необходимых методов исследования, рассматривающих развитие сознания в его связи с окружающими внешними факторами, наше исследование в большей степени связано с внутренними, психическими и архетипическими факторами, определяющими ход этого развития.

Структурные элементы коллективного бессознательного были названы Юнгом "архетипами" или "изначальными образами". Они представляют собой инстинкты, выраженные в форме образов, так как бессознательное репрезентирует себя сознанию в форме образов, которые, так же как в сновидениях и в иллюзиях, инициируют процесс сознательной реакции и усвоения.

Несомненно, что эти образы фантазии имеют свою ближайшую аналогию с мифологическими типами. Поэтому можно допустить, что они вообще соответствуют определенным коллективным, (а не личным) структурным элементам человеческой души и наследуются так же, как морфологические элементы человеческого тела.^[1]

Архетипические структурные элементы психики являются психическими органами, от которых зависит благополучие индивида, и нарушение их функций имеет плачевные последствия.

Именно они — непременные возбудители невротических и даже психотических нарушений, ведь они ведут себя точно так же, как запущенные и истерзанные органы тела или органические функциональные системы.^[2]

Задача этой книги — показать, что основной составляющей мифологии является ряд архетипов, что они органически связаны друг с Другом, и что их стадиальная^[3] последовательность и определяет развитие сознания. В ходе онтогенетического развития индивидуальное сознание мыслящей личности должно пройти те же архетипические стадии, которые определяют развитие сознания человечества в целом. В своей собственной жизни индивид должен преодолеть тот же путь, который прошло до него человечество, оставив следы этого путешествия в архетипической последовательности мифологических образов, которые мы сейчас будем рассматривать. Обычно, архетипические стадии сменяют друг друга без нарушений, и развитие сознания происходит в них так же естественно, как и физическое развитие в стадиях созревания организма. Как и телесные органы, архетипы — органы психической структуры — связаны между собой и определяют созревание личности, подобно тому, как гормоны определяют телосложение. Наряду с изначальным значением архетип в то же время имеет оправданный исторический аспект. Сознание мыслящей личности развивается, проходя через ряд "неизменных образов", и в этом процессе Эго постоянно устанавливает новые связи с архетипами. Его отношение к извечности архетипических образов является последовательным во времени процессом — то есть происходит, так сказать, стадиально. Способность распознавать, понимать и интерпретировать эти образы изменяется в зависимости от уровня развития сознания в ходе филогенетической и онтогенетической истории развития человека; вследствие этого, неустойчивость отношений между неизменным образом и развивающегося сознания личности становится все более и более выраженной.

Архетипы, определяющие стадии развития сознания, составляют лишь часть архетипической реальности как целого. Но воспользовавшись эволюционным или синоптическим подходом, мы можем провести что-то типа основной линии развития, проходящей через безграничный символизм коллективного бессознательного, которая поможет нам сориентироваться в теории и практике глубинной психологии.

Изучение архетипических стадий также способствует улучшению психологической ориентации в ряде вспомогательных предметов, таких как история религии, антропология, народная психология и так далее. Впоследствии все это может быть объединено на психоэволюционной основе, что должно привести к росту понимания.

Довольно удивительно, что эти специализированные науки до сих пор не обратили должного внимания на достижения глубинной психологии и, прежде всего, психологии Юнга. Несмотря на это, психологический отправной пункт этих наук вырисовывается все более и более четко, и становится очевидно, что источником всех культурных и религиозных явлений является человеческая психика. Поэтому в конечном итоге нельзя дальше игнорировать и не принимать в расчет глубинную психологию.