Прогнившая до сердцевины (ЛП)

Кайафас Каин: Прогнившая до сердцевины

Кайафас Каин: Прогнившая до сердцевины

Комиссар Каин и его верный Юрген ищут врага, сеющего хаос на ключевой пустотной станции Империума.

Автор: Сэнди Митчелл.

Переводчик: Широхов С. П.

Редактор: Глушенко К. В.

Версия: 1.04.

Пустотные станции не зря так называются. Это маленькие островки жизни и воздуха, окружённые фраговой бесконечностью. За свою службу я повидал больше таких островков, чем могу сосчитать – многие крутились вокруг важных имперских миров или служили внесистемными путевыми станциями, но те, что глубже всего засели в моей памяти, больше всего соответствовали слову «пустотные». Потоки Варпа капризны, и не всегда ведут в заселённые солнечные системы – иногда они пересекаются в кромешной тьме ночи, в нескольких световых годах от ближайшей звезды, и в таких местах возникают станции, которые должны обслуживать проходящие корабли, помогая перевозить грузы, пассажиров и, само собой, войска.

Так я и оказался на борту пустотной станции «Каппа Септум» на пути к Коронусу вместе с 597-м после нашей насыщенной событиями прогулки на Симиа Орихалку. Само собой, корабль, зафрахтованный Муниторумом, чтобы доставить нас на тот кусок льда, мог бы увезти нас и обратно, но Эмберли хотела расспросить старших офицеров – включая меня – о том, что мы нашли в глубинах планеты, а прибытие инквизитора на Коронус, гарнизонный мир Имперской Гвардии, не могло остаться незамеченным. Потому она и позаботилась о том, дабы мы попали на эту далёкую от всего на свете пустотную станцию. Здесь же мы повстречались с войсковым транспортом, везущим то, что осталось от нескольких полков после боёв с та’у в спорной системе где-то на границе.

Мы не жаловались – «Каппа Септум» была важным перевалочным пунктом, то есть одной из самых больших пустотных станций, которые мне доводилось видеть. Это была не просто база, а целый улей, висящий в пустоте, а его внешний слой роскошью не уступал любому планетарному городу. Добавьте сюда прекрасные виды на весь Восточный рукав, мягко изгибающийся по ту сторону бронестекла, сияние одиноких звёзд и других галактик. Не стоит и упоминать движущиеся огоньки множества судов, прибывающих в доки и отбывающих оттуда, подобно бесконечному рою светлячков.

Эмберли поселилась в гостинице на полпути между двумя портовыми зонами, где за сутки пришлось бы отдать моё годичное жалование. Но поскольку я наслаждался этими удобствами вместе с ней, то вряд ли мог жаловаться, а если Кастин и Броклау что-то подумали о моём долгом отсутствии в полку, то оказались слишком тактичны, чтобы выяснять подробности. Юрген, мой неутомимый и зловонный ординарец, справлялся с каждодневной бумажной работой, но появлялся в гостинице каждый день с последними новостями. На самом деле, когда полк не пребывал на фронте, для меня почти не было работы. Солдаты растворились среди баров, борделей и игорных домов, которых всегда полно в доках, и, если я знаю обычного гвардейца так хорошо, как думаю, то ни у кого из них не было ни желания, ни склонности, ни денег идти куда-то ещё. Если не считать случаев серьёзного нарушения устава или местных законов, то моя работа ограничивалась тем, что я забирал подгулявших солдат из участков дозорных и назначал самые мелкие наказания, которые можно дать, не показавшись мягкотелым. После выпавшего на долю 597-го люди имели право выпустить пар.

Но всё хорошее когда-нибудь заканчивается, и после приятно проведённого времени – если не считать того, что мне приходилось в мучительных подробностях пересказывать все пережитые ужасы – Эмберли покинула станцию, а я вернулся в полк, чтобы всерьёз взяться за свою работу.

- С возвращением, – поприветствовала Кастин, когда я вошёл в наш импровизированный штаб – большой транспортный комплекс, где нашлось достаточно места для боевых машин, боеприпасов и других грузов. Впрочем, последних осталось немного – во время спешной эвакуации мы многое бросили, но благодаря этому теперь у нас с избытком хватало комнат для солдат, где все могли разместиться с удобствами, а это полезно для боевого духа. Не стоит и упоминать о том, что места хватило и для стрельбищ и полос препятствий, позволявших чем-то занять людей и не дать им создавать проблемы, решать которые придётся мне. – Вы как раз вовремя.

- В самом деле? – переспросил я. Я вовсе не спешил назад и даже предпочёл пройти те несколько километров от внешней части станции до штаба пешком. Я не дожил бы до своей почётной отставки, если бы хоть что-то пускал на самотёк, и уже тогда во мне укоренилась привычка всегда проверять пути отступления – специально на тот случай, если Император захочет сыграть со мной одну из своих маленьких шуток.