Проездной билет

Автор, излагая историю, поведанную ему за чашкой крепкого чая, позволил себе все-таки усомниться в происшедшем. Виноват здесь, конечно, не столько сбивчивый и не очень складный рассказ В. Мандриченко, сколько сами события, рассказанные им и, якобы, происшедшие с неким Анатолием Лялиным. Однако история эта запомнилась, и желание донести ее до читателя, пересилило скептицизм автора. Автор неоднократно пытался изложить ее на бумаге, но выходило как-то не очень доходчиво, а главное — не очень достоверно. Тогда-то и пришла мысль предпочесть художественному повествованию — повествование документальное. Правда, одно дело задумать, другое осуществить. И все-таки, с помощью старых приятелей[1], автору удалось ознакомиться с документами приостановленного дела А. Лялина. Выдержки из него и предлагаются вниманию читателей. Думается, у многих из вас возникнут вопросы, и вопросы не очень простые. Понимая это, автор готов обсудить их в приватном порядке.

— …нет, доктор, нет. Поймите же, я говорю правду. Я действительно убил его, убил, но в прямом смысле слова это не может быть расценено как убийство… Его же не было!.. Вернее, он был, я уже рассказывал вам… Мы с вами люди, нас родили, воспитывали, мы получили образование, а он… он просто появился. Вы меня понимаете, доктор? Он появился, и в этом я виноват. Только в этом, только в этом! И уж никак не в убийстве! Вы меня понимаете?! Это не убийство… Я просто уничтожил старый проездной билет на автобус… Он стал мне вредить, он соблазнил Татьяну, он… Да что там говорить! Я вам рассказывал… Вот вы, доктор, вы же не храните старые проездные билеты на автобус?

— Не храню.

— Вы как-то странно смотрите на меня… Я не сумасшедший! Я не сумасшедший, доктор!

— Никто и не сомневается в этом… Вы находитесь в нашем диспансере по постановлению следователя.

— Он считает, что я убийца и сумасшедший. Помогите разубедить его, доктор! Вы же знаете, что я не сумасшедший… Просто устал последнее время… устал…

— Да, вы устали… Скажите, Анатолий Борисович, как все-таки получилось…

— Татьяна знает, что я не сумасшедший, знает… Она специально наговаривает, мстит, ведь она с ним… Она утверждает, и не спорьте со мной, я знаю это. Она утверждает, что Алексей настоящий мужчина, настоящий человек. Она утверждает, что я убил его из зависти. Я не убивал его, поскольку он не человек, а обыкновенный проездной билет на автобус. Проездной билет на август тысяча девятьсот восемьдесят пятого года… А как можно убить проездной билет?! Абсурд!!! Понимаете, доктор, до какого абсурда может дойти женщина?! Спутаться с проездным билетом!

— Вы не дали мне закончить…

— Этот наглец посмел еще и глумиться надо мной. Я очень устал к тому времени, понимаете, постоянное напряжение, тревога за будущее, а тут… Я не сразу решился его уничтожить, не сразу… Но он совсем обнаглел, стал измываться надо мной, унижать… Это страшно, доктор, когда какой-то проездной билет доказывает вам, что не он, а вы ничтожество… Это страшно… Но это же не убийство, доктор? Ведь правда?!

— Успокойтесь, Анатолий Борисович… Ответьте, пожалуйста, на мой вопрос…

— Я просто взял ножницы и разрезал… Это было трудно… Он крепче меня, и он сопротивлялся… Подумать только, как может сопротивляться проездной билет?!

— Успокойтесь, Анатолий Борисович…

— Я же не сумасшедший!.. Не сумасшедший… Доктор, только честно, скажите — я сумасшедший?

— Анатолий Борисович…

— Я вам верю, доктор, верю… А вы ничего не замечаете во мне?

— Не понимаю.

— Ну, в физическом облике, например… Ничего странного не замечаете?

— Как вам сказать…

— Откровенно скажите, доктор, откровенно… Я почему беспокоюсь? Алексей сказал, что не он проездной билет на автобус, а я — проездной билет… использованный и никому не нужный. Он сказал, что Татьяна это знает, поэтому и предпочла его, Алексея… Он очень убедительно говорил, доктор, надо отдать ему должное. Но ведь я не проездной билет?! Скажите, доктор?

— Конечно… успокойтесь, Анатолий Борисович.

— Спасибо, доктор.