Проект «ПАРАДИЗ»

Парадиз, день последний, прощальный

Сначала в мягком свете загомонили птицы, негромко, отчётливо, каждая в отдельности, далее свет перешёл на другой уровень яркости и стал наливаться, затем прочно устоялся. Но пока это был сон, последние моменты, птичьи голоса и жемчужный свет под закрытыми веками.

Потом медленно и веско в пёстрый птичий хор вступила кукушка, размеренно, гулко и протяжно. На третьем или четвертом призыве «ку-ку» сон выдернулся из-под век, затем пришло понимание, что пора открывать глаза, уже зовут. Это не только птицы в садике, это связь, личный телефон-кукушка.

«С утра пораньше, кто бы это?» – подумалось вполне уютно, и глаза сами открылись навстречу дню и вызову.

Яркие, нарядные небеса синели сквозь цветы и листья, вокруг сверкала роса мириадами капель, трава и цветущие ветви просто искрились, хотя свет падал искоса, широкой ясной полосой с близкого горизонта.

– Ку-ку, – внятно раздалось над самым ухом, но никакой птицы отнюдь не появилось.

Как раз напротив, с одного из близких цветов сорвалась блестящая капля, разрослась и неподвижно повисла в воздухе, хотя остальные капли ощутимо подрагивали вместе с цветами, кустами и травами. Сначала большая капля отражала пространство вокруг: небесный свод с лёгкими облаками, ветви с гирляндами мелких цветов, маленький изящный фонтан, затем возник фасад домика с двумя большими окнами и пышные симметричные клумбы. В одной из клумб лежало её собственное отражение, помаргивая глазами. Это означало, что экран-капля деликатно приблизилась, давая понять, что пора очнуться от ранних грёз и выходить на связь. Пора, мой друг, пора…

Век бы валяться в клумбе, впитывая утренние росы, но кто-то желает общаться и явился с утра. Пора…

– Привет, появись, – сообщила она, глядя в каплю, и села в упругую пену цветов.

Можно было, разумеется, общаться лёжа, однако ничто не мешало сесть, хотя бы в знак приветствия. Капля-вызов мигом раздробилась на множество мелких граней и расплылась, оставив едва заметный контур, а в воздухе повисло изображение на дальнем плане, бесплотный телевизор-невидимка без оболочки.

Там, в висящей картинке, над морем почти невидимых степей высилась тёмная горная гряда, она плавно приближалась, освещенная снизу, затем на верхнем уступе лиловой скалы проявился массивный балкон, однако в окружении каменных глыб он казался крошечным.

– Привет, Маленькая Синяя, – заявила капля знакомым голосом, показывая хорошо известную картинку. – А что если, извольте вам, а впрочем… Вообще, крошка, подгребай сюда, если не лень. Ага?

– Восхитительно излагаешь, друг мой, – согласилась она, сидя в клумбе. – В принципе я рада бы…

– Но? – изображение балкона в скале приблизилось, осветилось и запылало малиновым.

Видно, там разгорался восход, но голос оставался бестелесным, хотя в нем ощущалось явное довольство. Это безусловно относилось к методам ведения беседы и в особенности к лексикону.

– А если чуть позже? – справилась она и тряхнула головой, отгоняя возникших бабочек и шмелей, они вдруг завертелись подле, кто их сюда звал? – Скажем, через оборот в то же время?

– Завтра, послезавтра, вчера? – пришел ответ с балкона. – Время…

– Я поняла, что время, – доложила она, пытаясь донести до скал и балкона свои невысказанные желания. – Однако день последний, на прощанье и прочие пустяки, а? Ведь не горит?

– Не вник, что и отчего не горит, но только технически, – ответили с балкона слегка озадаченно. – А так вполне вник. Тебе хочется и нужно время, у вас так принято, элемент элегического прощанья. Ладненько, не горит. Подгребай сюда, Синяя крошка, когда хочешь. Ага?

– Очень скоро буду, ты просто душка! – отозвалась она и постаралась доставить собеседнику максимум приятного. – Пока, Чёрный Пес!

– Пока, Маленькая Синяя! – ответили ей, и сразу изображение в шаре-капле сменилось.

Исчезли скалы и балкон, на их месте возник образ лохматого чёрного пса в белой кепке набекрень. Псина радостно скалила зубы и помахивала мощной лапой в белой перчатке.

– Жду на месте, привет! – донеслось сообщение

– Скоро буду! – заверила она, и в ответ сочинила веселенькую картинку-подпись.

На сей раз это оказался ярко-синий попугай-девочка в шляпке с вуалью, в когтях птичка сжимала сложенный белый зонтик и им весело помахивала. Сойдёт.

Капля успешно отразила обмен любезностями и мигом растаяла, начиная с краев. Сеанс связи завершился, и садик снова принял идиллический вид, над клумбами усиленно запорхали мелкие бабочки-лепестки, как будто ничего иного и не было, кроме дивного летнего утра на лужайке перед домом в саду.