Проект «Миры пяти солнц». Жертва лжеинквизитора

«Дорогой Стефан!

Не знаю, дойдет это письмо тебе или нет, но я должна его написать.

Закрой глаза и представь: белые песчаные пляжи, тихий плеск набегающих волн, звонкий смех. Представил? Думаешь, что дальше вся жизнь впереди и у твоих ног? Море по колено?  Ты всемогущ? Да? Тогда ты ещё больший дурак, чем я могла себе вообразить.

Хотелось… Да много чего тебе хотелось. А толку? Из-за тебя пришлось переезжать жить к дальней родственнице отца. Становиться деревенской жительницей. Какая ирония, не находишь?

Ты так трогательно печалился, что я поехала писать дипломную работу подальше от цивилизации. Что не смогу написать, провести свои исследования. И ты снова не угадал. Я здесь провожу финальные тестирования своего изобретения. Того самого, которое ты назвал бредом на первом курсе.

Я долго искала способы, как обойти запрет. Нашла! Вчера проверила!

Очень зря ты в меня не поверил. Очень! А теперь прощай!

Уже не твоя, Энджи».

Письмо отправилось в конверт, который был запечатан восковой печатью. Энджи Вингз, без пяти минут выпускница МАР – Магической Академии Ритании, Северного филиала, потянулась, осматривая в последний раз свой «кабинет». За год в этой глуши, где дремучесть местных просто зашкаливала, ей пришлось стать похожей на них, чтобы не привлекать лишнего внимания. Но сегодня все изменится. После обеда должен прибыть экипаж и увезти ее обратно к цивилизации.

Девушка вышла на крыльцо, наконец, сняла амулет, скрывающий внешность, и вздохнула полной грудью. Домой, получить патент и на побережье – теплое море, белый песок и отдых на пару недель.

Внезапно внимание Энджи привлек шум, доносящийся со стороны главной площади. Если бы кто из местных сейчас посмотрел, то удивился: по дороге шла девушка. Из-под распахнутого плаща виднелись белоснежная блузка с синим кожаным корсетом, темные брюки и высокие ботфорты. Больше всего привлекали внимание золотые глаза, черные длинные волосы с ярко-синими прядями и ремень на бедрах с кобурой.

Энджи вышла на площадь и замерла от увиденного.

***

На лобном месте кричали, размахивали руками и сотрясали вилами, рогатинами и косами. Колючая энергетика била во все стороны и была почти осязаемой. Она скребла сознание когтями дикой кошки. Это чувствовали не только люди, но и животные. Вот только первые поддавались этой силе, принимали её, становились частью впадающей в безумную ярость толпы, а вторые… Вторые просто бежали от первых. Кошки, собаки и даже крысы рванули за границы деревни. Те, кто не мог, так как сидел на цепи или в загонах, в панике метались, пытаясь вырваться, и истошно кричали в ужасе.

А навстречу им двигалась тяжёлая карета, запряжённая четверкой лошадей. Сам экипаж напоминал маленький домик на колёсах, поставленный на рессоры. Он мягко покачивался и, казалось, буквально плыл над осенней мокрой распутицей и грязью. Подобный комфорт был достоин королевских особ, но вот внешний вид повозки оставлял желать лучшего. Казалось, деревянный «домик» пережил нападение диких зверей, шквал урагана и несколько пожаров одновременно. Об этом свидетельствовали свежие светлые царапины, чёрные пятна подпалин и покосившаяся железная труба.

Вот только человек знающий и хоть немного понимающий в цеховых гербах, сразу бы понял, что владелец этого монстра каретостроения – алхимик. Об этом явно свидетельствовал и резной герб на передке – колба с поднимающимся дымком на треугольном щите. Человек ещё более сведущий удивился бы тому, что герб неправильный и «дымок» должен быть клубящийся, а не похожий на языки пламени. И лишь просвещённые бы поняли, чей это герб на самом деле. Поняли и промолчали, чтобы не привлечь к себе внимание.

Повозка остановилась за несколько домов до лобного места, и её владелец дальше пошёл пешком, легко перепрыгивая через грязные лужи. Одет он был в длинный кожаный плащ с многочисленными карманами, и высокие сапоги. Из-за правого плеча выглядывала крестовина меча, а из-за левого – приклад небольшого арбалета. Из-под широких полей головного убора смотрели тёмные, почти чёрные глаза над носом картошкой, тонкими губами и подбородком с трёхдневной щетиной.

– Убей ведьму! Убей ведьму! Убей ведьму!

Он чувствовал, что не успевает. В воздухе появился запах дыма, и толпа притихла. Зеваки ждали, когда огонь под жертвой разгорится в полную силу. Доберётся до грязного тряпья, едва прикрывающего тело. Потом поглотит и его, открывая наготу. Ненадолго, и оставляя на коже девушки ожоги.

Над лобным местом разнесся тоскливый вой. Так может выть только приговорённый к смерти, наконец, окончательно осознавший свою участь.

Мужчина в плаще врезался в толпу, расталкивая людей: мужчин, женщин, детей… Одни не отреагировали, иные завозмущались, но после пары ударов в челюсть и нескольких пинков, расступились, поддавшись яростному напору чужака.