Проект 1122

Холод… Ужасный холод мгновенно сковал тело, отрезав путь к спасению. Макс так неожиданно провалился под воду, что не успел даже испугаться. Крик застрял в горле, остановленный ледяным спазмом. Макс решил срезать путь домой через замерзшее озеро, но, не дойдя и до середины, услышал неожиданный треск льда, сопровождаемый яркой вспышкой белого света над головой…

Словно преодолевая невидимую преграду, до Макса стали доноситься приглушенные голоса. Значит он жив и, по-видимому, находится в больнице или дома. Это просто большая удача, что кто-то заметил его и пришел на помощь. Макс прислушался к голосам, пытаясь понять, что они говорят. Усилия Макса увенчались успехом и вскоре он смог довольно ясно расслышать слова.

– Архотуниус… – грубый, гортанный голос заставил Макса внутренне сжаться. – Я больше не могу ждать результатов, что с этими мягкотелыми?

Властный голос звучал прямо в сознании Макса, вызывая приступы давящей головной боли. Он не понимал, где находится источник голоса. Макс попробовал пошевелиться и подать знак, что он пришел в себя. Но информации от тела не было, что заставило его нервничать еще сильнее. Слух был единственным, что сейчас подчинялось Максу.

– Это феноменально, господин Рондиус… – новый голос громко прозвучал в голове парня. – Мозг этих мягкотелых обладает огромными вычислительными способностями…

– Профессор! – перебил требовательный голос. – Меня интересует только один вопрос.

– Они идеально подходят… – торопливо заговорил профессор, но запнулся. – Не понял, что это? Он слышит нас…

Голоса тут же пропали, но вскоре Макс снова услышал взволнованное бормотание профессора: «невероятно», «прошел инициализацию», «если все получится, меня примут в академию Улторианцев». Это продолжалось несколько томительных минут и Макс уже совершенно терялся в догадках. Вдруг темнота перед его глазами немного расступилась, впустив тусклый, зеленый свет…

– А, если так… – голос профессора вновь бесцеремонно ворвался в голову Макса, а в следующее мгновение зеленая точка, моргнув несколько раз, растянулась по горизонтали в сплошную линию. Еще несколько секунд и горизонтальная полоса раскрылась, как будто включился старый телевизор, весь экран которого был разделен на равные квадраты зеленого цвета. – Есть! Теперь он нас видит.

Прямо перед Максом появилась огромная изумрудная морда лягушки-переростка с выпученными глазами. Ее большой рот раскрылся, демонстрируя два ряда треугольных зубов, за которыми прятался мясистый язык, скрученный в спираль. Язык существа нервно вырвался из пасти и, приподнявшись, дотронулся до правого глаза. Задумчиво потерев его, он быстро спрятался обратно.

– Маленький невзрачный мозг, а такие возможности… – пробормотал профессор, внимательно смотря на Макса.

– Значит, я выкупаю у охотника Жиурдона весь товар! – жестко проговорил голос и рядом с головой профессора появилась физиономия серо-желтого цвета. Ее белесые глаза с черными вертикальными зрачками быстро сузились, превратившись в тонкие полоски. – Архотуниус, я дам тебе еще инженеров и все промышленные мощности корпорации, но, чтобы к великому празднику ты создал мне совершенно новых непобедимых дройдов…

Существо отошло, а изумленный взгляд Макса замер, глядя на собственное тело, которое лежало на хирургическом столе. Голова была раскрыта, словно цветок, а мозг, будто решив проветриться, покинул черепную коробку. Макс страшно запаниковал и попытался закричать, но все усилия были тщетны. Его взгляд в панике остановился на небольшом зеркале, что висело над растерзанным телом. Изображение резко приблизилось и он увидел свой мозг, помещенный в высокую стеклянную колбу, заполненную синей жидкостью. Из бугристой поверхности мозга торчали иголки с тонкими разноцветными проводами, уходящими в темный пьедестал, на котором стоял сосуд…

– Не переживай, я удалю эти воспоминания. – вновь перед ним появилась морда профессора. Он оглянулся назад и, посмотрев на тело Макса, плотоядно облизнулся мясистым языком, с которого свисала тягучая слюна. – Я назову тебя – «проект 1122».

В совершенно темном пространстве было невозможно ориентироваться, ощущение времени исчезло полностью. Макс просто знал, что он жив, если так вообще можно было сказать. Первое время он думал, что это какой-то страшный сон, в который он отказывался верить и все ждал, что вот-вот проснется. Но наваждение, сопровождаемое клокочущим говором, не исчезало. Иногда у Макса появлялось чувство, что он ощущает свое тело и это вселяло в него новую надежду, но потом опять приходила невесомость и полное отчаяние.

– Проверка 52… – в голове бесцеремонно прозвучал незнакомый голос, а вслед за ним появилось изображение с огромным количеством помех. – Отключаю…