Пробуждение

Конрад Фиалковский

Пробуждение

Он проснулся. За огромными, во всю стену, окнами были видны голые ветви дерева, а дальше - параллелепипеды домов с дисками антенн на крышах. Там, между домами, хозяйничал ветер, временами налетающий с гор, но комната была звуконепроницаемой, и он слышал только, как стучит сердце. По телу бегали мурашки. Он хотел пошевелить ногой - и не мог.

Некоторое время он лежал неподвижно. Вероятно, сейчас уже весна, ранняя весна... Или поздняя осень. А тогда была зима и на шоссе лежал смерзшийся снег. Поворот казался простым, и он слишком поздно понял, что скорость чересчур велика. Потом, когда он выжал педаль тормоза до предела и почувствовал, как машина пошла юзом, стало ясно, что из виража не выйти. Столбики с красными светящимися бляшками на противоположной стороне шоссе катастрофически надвигались. За несколько мгновений до удара он выключил зажигание, потому что был старым водителем и больше всего боялся смерти в огне. Еще он помнил серую поверхность скалы с пятнами снега. Удара он уже не почувствовал...

"И все-таки я жив, - подумал он. - Вероятно, подлатали как смогли, а потом спорили, выживу ли. Ну, что ж, я их не подвел, пусть порадуются. Когда выйду отсюда - преподнесу им цветы. Привезу в коляске, а уж дальше не моя забота.

А может, мне повезло, и я буду ходить? А лицо? Что с моим лицом?"

Он резко повернул голову, но зеркала в комнате не оказалось. Стены были пусты, и ему почудилось, что они отражают больше света, чем обычные стены, словно они были покрыты блестящей пленкой.

В полной тишине едва слышно прозвенел звонок. Он попытался поднять голову, но шлем давил на виски. И тут он услышал голос:

- Ты проснулся? Мы ждали, когда ты проснешься.

Это был голос женщины, такой четкий, словно она стояла рядом. Но ведь в комнате никого не было.

- Наверно, ты чувствуешь слабость, тебе холодно. Не волнуйся, так и должно быть. Все в порядке. Это пройдет, и ты сможешь совершать даже далекие прогулки, а зимой бегать на лыжах. Будешь здоров, совершенно здоров, как раньше.

- Ты... ты в этом уверена?

- Да. Мы проверили все, каждый твой мускул, каждую кость. Все переломы срослись. Никаких особых повреждений. Мозг работает нормально. Можешь забыть о несчастном случае навсегда.

- Забыть?

- Если хочешь.

Он помолчал. Теперь стены светились ярче, а может, ему только показалось.

- Сколько времени я здесь? - спросил он наконец.

- Долго. Сейчас весна. Через несколько дней появятся первые зеленые листья.

- И я выйду отсюда... сам?

- Да. У тебя впереди еще много лет жизни. Ты молод, Корн.

- Ты знаешь мое имя?

- Разумеется. Ты мой подопечный.

- Понимаю. Ты меня оперировала...

- Оперировал Тельп, он твой ведущий. Он придет позже.

- А ты?

- Я и так с тобой.

- Но ведь тебя здесь нет, слышен только твой голос...

- Увидимся позже. Сейчас мы тебя изолировали. Ты еще очень слаб.

- Я как будто возвращаюсь из дальнего странствия...

- Не понимаю.

- Надо полагать, это был нелегкий случай. Даже странно, что я выжил.

- Тогда ты подумал...

- Я ни о чем не успел подумать. Просто боялся сгореть, ничего больше.

- Тебе повезло, Корн. Следом за тобой ехал грузовик. Тебя вытащили, и через несколько минут ты уже был в клинике.

- Помню. Я обогнал его перед самым поворотом. Представляю себе, сколько хлопот было у Кар. Когда она сможет меня навестить?

- Кар?

- Да, Кар, моя жена.

- Пока ты еще очень слаб. Но когда кончится срок изоляции...

- Сколько мне ждать?

- Не думай об этом. Сейчас ты заснешь. Мы и так слишком долго разговаривали. Проснешься окрепшим и не будешь чувствовать холода.

- Но я не хочу спать... - сказал он, и его тут же стало клонить ко сну. Ответа он не услышал.

- Ты проснулся? Прекрасно... - Над ним склонился невысокий мужчина. Корн видел его глаза, огромные, темные, с тем странным выражением, которое бывает только у близоруких. - Я Тельп, твой ведущий. Как самочувствие?

- Пожалуй, неплохо.

Корн пошевелил ногами. В комнате было светло, и сначала он подумал, что светит солнце. Но за окном шел дождь, и только стены горели ярким желтым светом.

- Прекрасно! - сказал Тельп. - Ты даже не представляешь себе, как я рад. Попробуй встать, - он подал Корну руку.

"Я могу двигаться, честное слово, могу двигаться", - подумал Корн, коснулся босыми ногами ковра и встал.

- Я не чувствую слабости, - сказал он.

- Так и должно быть. Вначале ты даже почувствуешь некоторый избыток сил, пока не привыкнешь.

- Не понимаю.

- Это довольно сложно, и все же так оно и есть. Помни, ты стал сильнее, наверняка сильнее, чем был раньше.

- Укрепляющее лечение?

- Нечто подобное, - Тельп улыбнулся, и Корн заметил, что хирург - его одногодка, а может, и моложе. Корн сделал несколько шагов по комнате.

- А лицо, как мое лицо?

- Хочешь себя увидеть?

- Да.

- Зеркало! - крикнул Тельп, хотя в комнате никого не было.

- Его принесут?