Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию. Междукнижие (СИ)

Annotation

При написании данной книги автор не особо утруждался временными привязками к основному сюжету историй "Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию", а просто собрал наработки, по тем или иным причинам не вошедшие в предыдущие пять книг, и объединил их под одной обложкой.

В дополнительных материалах находится подборка рисунков "Домовая Маша", присланных читателями. Мне нравятся все варианты.

Глава 1 Хохлатки, лонжероны и неудалённые закрылки

Глава 2 Хохлатки, лонжероны и неудалённые закрылки

Глава 3 Хохлатки, лонжероны и неудалённые закрылки

Глава 4 Хохлатки, лонжероны и неудалённые закрылки

Глава 5 Хохлатки, лонжероны и неудалённые закрылки

Глава 6 Стреляный

Глава 7 Градоубийца

Глава 8 Градоубийца

Глава 9 Лирическая история

Глава 10 Лирическая история

Глава 11 Лирическая история

Глава 12 Контент

Глава 13 Контент

Глава 14 Контент

Глава 15 Контент

Глава 16 Контент

Глава 17 Недоразумение

Глава 18 Недоразумение

Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию. Междукнижие

Глава 1 Хохлатки, лонжероны и неудалённые закрылки

Автор выражает искреннюю благодарность

подполковнику Вадиму Пятницкому

за оказанную помощь при написании рассказа

и терпеливое разъяснение

нюансов оперативной работы

Машка изволила отбыть в театр.

Подготовка к этому мероприятию проходила два дня, и Сергей, вконец издёрганный женской суетой и нервозными предвкушениями новых впечатлений, с огромным облегчением выдохнул, оставшись один.

Домовая отправилась на какую-то премьеру не сама, а вместе со своей новой подругой Ланой, большой любительницей софитов, занавесов и подмостков. Звали и инспектора, но он отказался, опасаясь переизбытка женского общества, костюма с галстуком и скучных, переигрывающих актёров.

Перед расставанием, разумеется, дело не обошлось без подробнейшего инструктажа.

— Твой ужин в холодильнике, — наставляла Маша. — Для Мурки я отдельно приготовила, вон в той беленькой кастрюльке. Отмерь, пожалуйста, ей тридцать грамм корма. Греть в микроволновке почти не надо. Секунд двадцать — двадцать пять, чтобы не очень горячее... Потом перемешать не забудь. Если плохо прогрелось, внутри еда холодной останется, а если случайно перегреешь — дай остыть...

— Угу, — кивнул Иванов, не особо вслушиваясь.

— Мы ещё в кафе после окончания зайдём. Посидим по-девичьи. Не беспокойся, ложись спать. Я приду — на завтра вещи тебе поглажу.

— Угу.

Иногда Машкина забота переходила в неприкрытую навязчивость с гиперопекой.

— И ещё... — кицунэ наморщила лобик, старательно припоминая, что могла упустить. — Если придёт Антон — пусть обувь в коридоре снимает или призраком сидит. Я в прошлый раз умаялась после него пол выметать.

— Угу.

— Тогда я поехала в театр. Такси уже ждёт.

— Приятно провести время, — очень искренне пожелал инспектор, с нетерпением поглядывая в сторону входной двери.

Едва домохранительница покинула квартиру, он бодро подошёл к холодильнику, отпихнул ногой возникшую из ниоткуда домашнюю питомицу кошачье-наглой наружности, и провёл инвентаризацию продуктовых запасов.

Супа не хотелось, гуляша тоже, салат ел недавно, варенье в банке и, отдельно, выглядевшая баловством, а не едой, тарелка с засахаренными грушами. Оставалась Муркина кастрюлька. Открыв её, Сергей из любопытства подцепил пальцем коричнево-серую массу, по консистенции сходную с дешёвым паштетом.

Понюхал. Пахло печенью.

Попробовал. Несолёная фигня.

— Мяу! — напомнила о себе кошечка, голодным глазами уставившаяся на обжирающегося домовладельца.

— На, — остатки особого корма полетели на пол. — Доедай.

Питомица, осторожно обнюхав подачку, и не подумала прикасаться к правильному, диетическому питанию, созданному Машкиным кулинарным гением.

— Умная, — не особо удивляясь, признал Сергей, убирая кастрюльку обратно. — Держи.

На пол, роняя подливу, полетел кусочек гуляша. Встретила его мурлыка почти в полёте, жадно подцепив когтями и отправляя в пасть.

За испачканный пол Иванов не боялся. Давние и тёплые взаимоотношения с кошкой выработали между ними определённые кулуарные договорённости, одной из которых являлось условие, что инспектор втайне подкармливает любимицу домовой всяким вкусным, а та, в свою очередь, профессионально заметает следы.

Обе стороны ни разу друг друга не подвели.

В дверь позвонили. Вместо привычных «Кто там?» и «Это…», затеплела Печать на правой ладони.

Антон пришёл. Как чувствовал, что Машка ушла выгуливаться!

— Заходи!

Напарник возник из воздуха рядом с незакрытой дверцей холодильника. С интересом заглянул внутрь, цапнул дольку засахаренной груши, после чего вкусно зажевал.

Глядя, как тот ест, Иванов, подумав, достал всю тарелочку с фруктовой сладостью и сунул её в руки Швецу. Не жалко. Тот благодарно кивнул, забрасывая в рот ещё пару долек.

— Рассказывай.