Призрак в храме

ПОДНЕБЕСНЫЙ ДЕТЕКТИВ

Роберт Ван Гулик. Призрак в храме

АРКАДИЯ. Санкт-Петербург 2020

Robert van Gulik. THE PHANTOM OF THE TEMPLE

Перевел с английского Валерий Полосин

Дизайнер обложки Александр Андрейчук

Художник Екатерина Скворцова

© Robert van Gulik, 1965,2019

© Издание на русском языке, перевод на русский язык, оформление.

ISBN 978-5-907143-39-5

ООО «Издательство Аркадия», 2020

Новое дело, с которым столкнулся знаменитый сыщик судья Ди, оказалось одним из самых запутанных в его карьере. Год назад, еще при прошлом наместнике, у государственного казначея было украдено пятьдесят слитков золота, и на след преступников до сих пор не вышли. Случайно обнаружилась записка неизвестной девушки, где она просит о помощи. В заброшенном монастыре найден обезглавленный труп неизвестного, а рядом с ним - голова, но... от другого тела. Три разные истории постепенно свиваются в расследование одного преступления, удивительного по своей хитроумности и жестокости.

Действующие лица:

ГЛАВНЫЕ ПЕРСОНАЖИ:

Ди Жэньцзе — в 670 г. н. э. судья Ланьфана, округа на западной границе Танской империи

Хун Лян — его доверенный советник и старшина суда

МаЖун — один из его помощников

ПРОЧИЕ ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

Сэн Сань — бродячий головорез

Ляо У — его брат

А Лю — его друг

Монах — глава нищих

Госпожа Чжан — настоятельница храма Пурпурных облаков

Весеннее Облачко — ее служанка

Тала — буддийская колдунья

Ли Май — банкир и владелец ювелирной лавки

Ли Ку — его брат, художник

У Цзунжэнь — отставной уездный глава

Госпожа У — его жена

Ян Моудэ — студент

Тульби — подруга Ма Жуна

Фан — один из стражников

Она молча смотрела на то, что лежало на краю старого колодца. Горячий влажный воздух, окутавший темный храм, был неподвижен. Несколько лепестков миндаля, ослепительно белые в свете фонаря, опустились, кружась, с нависших над головой ветвей. Они стали казаться еще белее, прилипнув к пятнам крови на иссеченных ветрами камнях.

Плотнее закутавшись в свое широкое платье, она сказала стоявшему рядом высокому мужчине:

— Брось ее тоже в колодец! Никто ничего не заподозрит, этим старым колодцем не пользуются уже многие годы. Не думаю, что кто-нибудь вообще знает о его существовании.

Он кинул тревожный взгляд на ее бесстрастное бледное лицо, опустил фонарь на груду камней и разбитых кирпичей у стены и, резко дернув, развязал шейный платок.

— Лучше быть вдвойне осторожным. Я заверну ее и... — Заметив, что его голос очень гулко раздается в пустынном храмовом саду, он продолжил шепотом: — Захороню ее среди деревьев за храмом, — пьяный болван спит мертвецким сном, а здесь больше никого нет, ведь уже за полночь.

Она с безразличным видом наблюдала за тем, как он заворачивал отрубленную голову в шейный платок. Пальцы ее спутника так дрожали, что он с трудом мог завязать его концы.

— Ничего не могу с собой поделать! — пробормотал он, оправдываясь. — Это слишком для меня. Как... как тебе это удалось? Два удара, и дело с концом...

Она пожала плечами.

— Просто нужно знать, где соединяются суставы, — равнодушно ответила она и склонилась над колодцем.

Густые заросли плюща скрывали сломанную и трухлявую перекладину, разросшиеся длинные ветви свисали в темный провал, цепляясь за полусгнившую веревку, к которой когда-то крепилось ведро. Какая-то птица завозилась в густой листве возвышавшихся рядом старых деревьев. Сверху опять упали белые лепестки миндаля. Несколько лепестков слетело ей на руку. Они казались холодными, как снег. Женщина стряхнула их, потом задумчиво произнесла:

— Прошлой зимой этот сад был совсем белым от снега. Совсем белым...

— Да, — выпалил он. — Да! Там, в городе, было тоже очень красиво. Сосульки свисали с крыши пагоды на Лотосовом озере, как маленькие колокольчики. — Он вытер вспотевшее, разгоряченное лицо. — А каким прозрачным был морозный воздух; я помню, как утром...

— Не вспоминай, — холодно прервала она. — Забудь! Думай только о будущем. Ведь теперь мы сможем забрать их. Все! Пойдем сейчас же и достанем их.

— Сейчас? — ошеломленно воскликнул он. — Сразу после... — Заметив презрительный взгляд, быстро добавил: — Я устал как собака, пойми, я не могу сейчас!

— Устал? Ты же всегда кичился своей силой!

— Но теперь-то уж незачем спешить. Мы можем забрать их в любое время. И мы...

— Я-то как раз спешу. Впрочем, ладно, с этим можно подождать. Что такое одна ночь?

Он уныло посмотрел на нее. Она опять замкнулась в себе, уходила от него. А он так страстно желал эту женщину, что это причиняло ему боль.

— Почему ты не можешь принадлежать мне, только мне одному? — с мольбой произнес он. — Ты же знаешь, что я сделаю все, чего ты захочешь. Я доказал это, я...