Призрак сортировочной

Дело было в Питере. В городе культур. Культур порой очень странных и непонятных простым людям. Два друга Антон и Сергей считали себя урбанистами. Они любили коротать время на недостроенных объектах. Антоха был граффитистом. Там он умело познавал себя в этом искусстве. Серега же считал себя художником, рисуя пейзажи города, вид на которые открывался с этих объектов. Их девушки, Настя и Олеся были приверженками, пожалуй, самой неординарной субкультуры, они увлекались всем, что было связано со страной Японией, называя себя анимешниками. Они коротали время на тематических вечеринках, где собственно и встречались со своими парнями. Вот и в этот вечер их пути сошлись на одной из подобных вечеринок. Антон с Сергеем сидели за столиком в клубе, дожидаясь из уборной своих подруг.

— Опять вы поругались? — спросил Серега.

— Ну да. Типа того.

— Вы как обычно. Ну как тебе моя идея со станцией?

— Так-то неплохо. Если туда проберемся. Но не думаю, что Настя согласится.

— Тогда без нее пойдем.

Девчонки вернулись:

— Олеся мне про твою идею рассказала, Серег, я ток за, развеяться охота, а то некоторые вечно против, — говоря это, она сделала вид, что не замечает Антона.

— Да кто-против-то? Обычно только тебе и не нравятся наши идеи.

— Когда они абсолютно идиотские, то да.

— А, то есть поход на станцию метро для тебя вполне адекватное мероприятие?

— Так, короче, идете или нет? Достали уже всех, — не выдержав, сказала Олеся.

— Идем, идем, — подытожил Антон.

Вечеринка закончилась, они разошлись, договорившись о времени своего похода.

— Вечно ты опаздываешь, — обратилась Олеся к Антону.

— Как будто мы во времени ограничены.

— Идем?

И они пошли. Встретившись у метро Ломоносовская, они перешли сортировочный мост.

— Куда дальше, Серега?

— Тут неподалеку есть лазейка, ведущая вниз.

— Канализация?

— Да, лючок один, не волнуйтесь, я читал про тех, кто туда пробирался, проблем не должно быть, там вроде не так уж и грязно.

— Да мы одеты вроде не на экскурсию. Фонарики все хоть взяли?

— Да.

— Отлично, хоть это не забыли, у каждого по налобному фонарику и два простых фонаря.

— Туда и обратно?

— Ну да, чего там долго на этой станции-то делать?

— Осмотримся и обратно.

— Дадите хоть свой след оставить?

— Посмотрим, если все там не уничтожено — то нет, пусть сохранится как есть. Если нет, то рисуй сколько влезет.

— Ну хоть на этом спасибо.

Они дошли до люка, приводящего к намеченной им цели:

— Вот он, — Антон с Сергеем принялись открывать его, отволакивая крышку люка в сторону, освобождая заветный проход.

— Дамы, вперед, — сказал Серега, но тут же добавил, увидев их выражения лиц, — да шучу, шучу я.

Как обычно, поочередно, они начали спускаться вниз.

— Холодновато и темновато тут, однако.

— Вы же вроде утеплились, девчонки?

— Один фиг холодно.

Они начали пробираться по схеме канализационных путей местного района, которая была предварительно скачена с интернета Серегой.

То и дело на пути их следования пробегали крысы, встречался разного рода мусор, непонятно кем тут выкинутый. Пройдя немалое количества пролазов и поворотов, Серега нашел ту самую дверь, которая согласно схеме должна была их вывести на саму станцию. Он облокотился на массивный рычаг двери, и они попали в небольшое помещение при станции:

— Служебное помещение, — произнес Серега.

— Темно.

— Еще бы тут светло было.

Они вышли из него и оказались в конце платформы.

— Вот она, ненужная более никому станция. Посмотрите на ее запыленное недостроенное убранство. Когда-то ее строили, думая сделать ее станцией, предшествующей депо, но в итоге из-за ненадобности ее забросили.

— Красотища. Мертвая красотища.

— Она живет. Как и все в городе. Она помнит тех, кто тут был, кто все это строил.

— Не умничай, — сказала своему парню Настя.

— Да иди ты.

— Опять они за старое.

— Пойду погуляю, себе чтоб настроение не портить, — произнесла Настя.

— Антох, надо местечко для граффити присмотреть, — они в троем прошли подальше, дойдя до другого конца платформы, где должен был находиться эскалатор, а вместо него стоял синий забор. Сергей выбрал местечко сбоку от забора и принялся протирать его от пыли. Антон и Олеся сели на скамейку напротив, положив фонарики, чтобы те освещали стену Сергею.

Настя тем временем подошла к краю платформы, где когда-то должен был, по задумке инженеров, ходить поезд: «Достал он меня. Взять бы и уехать. Зачем вообще согласилась идти. Дура блин».

Она повернула свой взгляд в сторону тоннеля и увидела в далеке два горящих ярким светом огня. Из туннеля показался поезд и, подъехав, остановился, его двери открылись. Настя зашла в пустой вагон и села, выбрав место, напротив.

«Осторожно двери закрываются, следующая станция Ломоносовская», — прозвучал голос. Двери закрылись, и электричка понеслась прочь.

— Антох, сходи посмотри, где Настя, что-то долго ее нету, мало ли что, — сказала Олеся.

Антон встал и пошел осматривать станцию.

Олеся устремилась к своему парню, занятому любимым делом и, положив руку на плечо, произнесла:

— Я люблю тебя.