Приятные кошмары

Мне очень редко снятся сны. Я вижу короткие обрывки событий, хаотично перемешанные друг с другом, и не имеющие ничего общего между собой, хоть как ни бейся над их смыслом. Но гораздо чаще, закрывая по ночам глаза, я смотрю фильмы, где передо мной разворачиваются сюжеты с интригующей завязкой и финалом, приводящим меня в восторг.

В коротких перерывах между будильниками я заметила, сколько времени моему мозгу требуется на то, чтобы придумать и воспроизвести новый фильм, фильм, где я чувствую дуновение ветра, прохладу воды на своей коже, где я испытываю боль так же ярко, как в жизни, и даже ярче, потому что просыпаясь, иногда долгое время она остается со мной. Две-три минуты, что длятся неделями, в которые укладывается целый фильм. Мне всегда казалось это удивительным.

Есть у меня любимая категория таких снов. Я называю их “приятными кошмарами”. Кому-то это может показаться абсурдом, но мне действительно нравится встречаться в своих снах с чудовищами, сталкиваться лицом к лицу со смертельной опасностью, убегать, догонять, убивать, защищаясь. Других мои мрачные, порой даже зловещие сны могли бы напугать, а я лишь ласково назову их приятными кошмарами. Сцены борьбы, фантастические сюжеты посещают меня часто, практически каждую ночь, и редкость для меня проспать пять, шесть или даже десять часов и не увидеть ничего, кроме темноты. Но некоторые из приятных кошмаров мне хочется прожить наяву, они так захватывают меня, что я думаю о них день, два, а иногда и гораздо дольше. Тогда они обрастают новыми ветвями сюжетов, в них появляется все больше и больше людей, событий и слов, и начинает казаться что сон настолько разросся, что занимает все пространство моего сознания, еще немного, и оно переполнится, лопнет как мыльный пузырь. И чтобы освободить место, чтобы выплеснуть наружу все, что накопилось внутри, я сажусь писать.

Вот – несколько из моих приятных кошмаров.

Мы были охотниками. Космическими охотниками. Мы не боялись ничего – ни туманных прерий неведомых планет, ни тех чудовищ, что таились в их инопланетных джунглях. Смерть – и та не пугала нас. Единственное, что наводило ужас на всех космических охотников – легенда о пелеринном хищнике.

***

Корабль приближался к одной из тех планет, которую изначально окрестили морской, впервые увидев в один из огромных телескопов, что днем и ночью сканирует космические карты с Марса. Это был небольшой голубой шар, теплый, и, безусловно, местами покрытый водой – правда ее было не так много, как ожидалось вначале.

Исследователи установили здесь свою базу – лабораторию и, как всегда, телескоп, чтобы лучше изучить эту часть Млечного пути. Однако на месте оказалось что Калмах – одна из тех чудесных охотничьих угодий, что так манила нас.

Нас это безусловно меня и моих спутников. Нечасто можно было встретить женщину среди космических охотников, но меня с детства привлекала бездонная вселенная, а узнав о том, что можно отправляться на другие планеты чтобы охотится на тварей, обитающих там, я поставила перед собой сверхцель. Днем и ночью она не давала мне покоя, занимая все пространство сознания, и ничего мне больше не хотелось в жизни, кроме как стать одной из тех бесстрашных путешественников, что осаждают планеты. Добиться этой цели удалось в возрасте чуть больше двадцати, и этот успех, это невероятное стечение обстоятельств вскружили мне голову так, что я чувствовала себя самой счастливой в мире, навсегда позабыв о том, что такое страх.

Я занималась этим уже почти десять лет, и особая комната на корабле вся была усеяна чучелами тех чудовищ, что нам удалось одолеть. Временами, заходя туда я думала о том, что сила человеческая почти безгранична, а иногда в душу мою закрадывались сомнения: точно ли я права, уничтожая этих, пускай и опасных существ? Однако вглядываясь в их морды, рассматривая их тела, созданные для убийств, я из раза в раз убеждалась в том, что миссия наша необходима.

Мужская компания меня вполне устраивала. Мне не хотелось обсуждать макияж или маникюр, рассматривать картинки самых модных одеяний, что придумали на земле. И пускай я не слишком разбиралась в технике, математике и астрономии – а значит, не могла поддержать некоторые разговоры, убивала я просто великолепно, чем и заслужила уважение всех тех людей, с которыми мне приходилось повстречаться во время моей карьеры.

Возможно, вас заинтересовало, почему я называю свою деятельность именно карьерой. Дело в том, что помимо того что нам за это неплохо платили, мы никогда не выбирали очередное место для охоты. Убийства были необходимостью. Когда находили новую планету, пригодную для жизни (а таких, поверьте, немало) Корпорация по своим законам должна была сделать ее очередным местом для исследования космоса. Не всегда обитатели вновь открытой планеты были рады вторжению людей, а многие из них и вовсе хищно облизывались, заметив человеческую плоть. Мы истребляли таких тварей, уничтожали весь их род, пока не останется ни одного новорожденного, ни одного яйца, ни единой икринки, ни малейшей споры…