Привет Азимову

– Господи, а я-то тут причём? – Клинов был в явном замешательстве. – Вы мне только что рассказали, весьма красиво, о создании межведомственной следственной комиссии при ММС, где я же пока единственный следователь. И тут же отправляете меня на Марс! Он же не является межпланетным колонией. Там людей – то нет!

– Вы совершенно правы – романтические порывы начала двадцать первого века давно прошли. И именно открытие полевых переходов и других возможностей перемещения в пространстве, минуя ограничения физики Эйнштейна, в виде световой скорости, окончательно поставило крест на колонизации Марса и других планет солнечной системы. Да, там теперь работают только роботы и автоматы. Где-то, как, например, на фабриках по добыче метана на Титане, даже не применяют искусственный интеллект. Прилетел примитивный автомат, воткнулся в метановое озеро – и качает его по полевому переходу сразу на Землю. – Замминистра принял менторский вид.

– А поближе к Марсу нельзя? – Прервал его Клинов.

– Да-да конечно же. Итак, Марс. Поскольку на нём изначально было много автоматов разных типов – так сложилось, что его осваивали под управлением искусственного интеллекта. Ну, и в последние лет сто дело выглядело так: Земля отправляет туда по запросам ИИ то или иное оборудование, а ИИ обратно гонит план по ископаемым. И всех это устраивало настолько, что там даже перестали завозить кабины, способные отправлять людей. Но вот около года назад произошли некоторые изменения. Марс стал запрашивать весьма странные объекты. А отгрузку минералов начал корректировать, скажем так, несоответственно плану. Туда направили комиссию, которая в полном составе исчезла после прибытия на Марс в течение нескольких минут, после чего последняя кабина, пригодная к транспортировке людей, была деактивирована.

– Ну, я до сих пор не вижу причин для привлечения следователя. Понятно, что все они погибли. Да, гибель людей печальна. Но тут явно нужнее инженер по технике безопасности, чем следователь.

– Ну да, так изначально и думали. И корабль полетел без представителей следственных органов. Но Ваша первая поездка получила такой резонанс, что было решено Вас добавить в эту экспедицию. Так сказать, свежий взгляд со стороны. Вы там, скорее, как независимый эксперт – Вы не руководите миссией, но и не подчиняетесь никому. Ваша задача – посмотреть и подтвердить или опровергнуть выводы комиссии. Автоматический корабль с кабиной полевого перемещения уже там. Остальные члены комиссии – тоже. Все ждут Вас, чтобы начать спуск на поверхность.

Клинов помахал рукой перед лицом. Ничего поделать с тем, что при перемещениях по полевику у него плыло всё перед глазами, он не мог. На Земле ему объяснили, что он входит в те пять процентов людей, для кого перемещения на большие расстояния вызывают расстройства вестибулярного аппарата. И то, видимо, потому, что он редко пользуется полевыми перемещениями.

– Осторожно, не споткнитесь. Присядьте в это кресло. – Приветствовал его низкорослый седоватый мужичок азиатской внешности в аляповатом оранжевом комбинезоне. – Мы как раз начинаем вводный инструктаж для первой партии.

Клинов уселся в указанное кресло и начал осматривать людей, слушая в полуха разглагольствования низкорослого, который был руководителем комиссии. Кроме него в неё входили два инженера – наладчика самопрограммируемых систем, инженер по технике безопасности, весьма милая дама, судя по имени, из англосаксов, и программист – корректировщик искусственного интеллекта Игорь Шипов. Азиат изложил план действий, по которому получалось, что в десантированную уже на Марс кабину полевика перейдут почти все члены комиссии за исключением программиста, так как его присутствие там не обязательно. Как только комиссия восстановит связь, он свою работу сделает удалённо. Ну, а после того, как комиссия сделает свои выводы, к ней может присоединиться наблюдатель.

– Вы ничего не имеете против? – обратился азиат к майору.

– Только один вопрос. Вы не слишком ли торопитесь отправляться все разом на Марс? Причина гибели предыдущей комиссии неизвестна. Во всяком случае, руководителю точно не стоит в первых рядах идти на поверхность.