Приют

— …Да, тетя, конечно же я приеду. Я очень рада вашему приглашению. Я… Я очень скучала.

Старческий голос на той стороне провода тепло сказал:

— И я очень скучала, милая. Буду ждать. До свидания, сердечко.

— До свидания, тетя Зои! Скоро увидимся.

Кейт положила трубку телефона и подошла к окну — еще никогда за свои восемнадцать лет она не чувствовала себя такой глупой.

Тетя Зои. Её когда-то любимая тетя Зои.

…И как я сама не догадалась?! Почему сама не позвонила первой, как только стала самостоятельной? Почему, подобно родителям, забыла, как страшный сон?..

Она спешно пошла собирать свои вещи, чтобы успеть на вечерний поезд.

Приезжать в Кроссроад, небольшой городок на берегу Ирландского моря, любила вся большая семья Смит-Одли-Эвансов и прочих. А семья у тети Зои была большая несмотря на то, что она сама так никогда и не вышла замуж, и своих детей у неё не было. Зато у неё было восемь родных сестер (двоюродных братьев и сестер, поверьте, у тети Зои тоже хватало), у каждой из которых было по три-четыре ребенка. В свою очередь у племянниц и племянников тети Зои за плечами было по два, а то и три брака, и почти в каждом браке по ребенку, а то и по охапке. И в свою очередь… Ну, понятно, да? Орава детей, приезжающая на праздники в Кроссроад к тете Зои, куда она всех активно приглашала, могла запросто достигать и сотни — было бы желание. Хотя на самом деле больше двадцати кузин и кузенов разных возрастов за раз Кейт не встречала (кроме восьмидесятилетия тети Зои, когда съехались почти все родственники — и это было нечто).

Тетя Зои любила гостей, а все в свою очередь любили ездить к ней — тетя была владелицей гостиницы “Приют”, где легко замещались все приезжавшие. Вот на восьмидесятилетие, да, тогда места хватило далеко не всем, и многим пришлось останавливаться в гостинице в центре города.

Кейт с детства обожала приезжать в “Приют”. Родители старались хотя бы два раза в год, в середине июня и на последний Адвент навещать тетю, хотя та звала в гости гораздо чаще.

Пикники, выезды на море, пешие походы в национальный парк, морские прогулки — все это радовало Кейт, но любила Кроссроад она не за это.

Она любила этот городок за тайну, за старые, еще помнящие римлян улочки, за степенных, никуда неспешащих горожан, кажется, до сих пор удивлявшихся темпам роста городка — а ведь еще какой-то век назад это был пригород, и кто мог подумать, а?!…

Но еще больше она любила чудаковатых приезжих — в парке “Змеиный камень” был круг из кромлехов, не чета Стоунхенджу, конечно же, всего тринадцать камней, но зато открытых для посещения круглый год. И вот эти мегалиты, как магнит, кого только не притягивали. Маленькая Кейт видела на улочках Кроссроада и ведьм в узкоконечных шляпах, и остроухих эльфов в длинных одеяниях, и зеленокожих мужчин и женщин, и мелких гномов… Отец их всех называл странным и таинственным словом “виккане”. Кем бы ни были виккане, но одного нельзя было отрицать — это была сказка. Небыль. Тайна. А еще… Некоторые из виккан (самые интересные по мнению маленькой Кейт) останавливались в “Приюте” тети Зои.

Сейчас она знала — кто такие виккане, как и то, что эльфы, ведьмы и зеленые люди были ненастоящими, но это ничуть не портило сказку родом из детства. И побывать в Кроссроаде хотелось со страшной силой — и потому, что узкие улочки, старинные мостовые и море никуда не делись, и потому, что она не была там уже больше десятка лет. С того самого случая.