Принцесса Туманного леса

Алайни

Крупная синяя птица с длинным хвостом, красиво переливающимся в лучах полуденного солнца, низко пролетела над угловатыми крышами, увенчанными фигурными шпилями, чуть набрала высоту, поднимаясь в гору. Ее силуэт разбивался подобно цветным стеклышкам калейдоскопа, отражаясь на покрытой перламутровым лаком черепице причудливо изогнутых крыш.

Белокаменный дворец изысканной архитектуры стоял обособленно от примкнувших друг к другу домов. Прямо перед ним расстилалась центральная городская площадь с каскадом фонтанов и просторными беседками – лебедями, сплетенными из железных прутьев.

“Птичья Обитель” – так на языке эльфов назывался маленький уютный городок, с двух сторон окруженный зеленью Королевского леса. Рукотворных птиц здесь можно было увидеть повсюду: в каменных скульптурах, на барельефах домов и фонарных столбах, даже сами фонари были выполнены в форме гнезда, из которого выглядывали разевающие голодные рты птенчики. В темное время суток из раскрытых клювов лился желтоватый свет масляных ламп, и птенцы из темного металла становились желторотыми, как самые настоящие.

Живые птицы, которым поклонялись древние градостроители, ничуть не боялись прохожих. Храбрейшие из них могли запросто сесть на плечо степенному эльфу и пропутешествовать с ним до ближайшего цветника, где всегда можно найти напитавшихся нектаром сладких букашек.

Синяя птица, гостья из Королевского леса, не осмелилась спуститься на оживленную площадь. Посидев на крыше дворца, она облетела его кругом, пару раз проскакала по веткам цветущего дерева в тихом садике внутреннего двора, и вновь устремилась к площади – пугающей и манящей ее одновременно.

Заметив в открытом окне рассыпанные на подоконнике хлебные крошки, синяя птица спустилась к ним, заглянула в комнату.

Похожий на эльфа юноша в белой тунике, украшенной золотым шитьем, чуть двинулся вперед. Темно-серые волосы были распущены и струились по плечам. Руки он сложил за спиной.

Необычный яркий блеск его голубых глаз напугал птицу. Она встрепенулась, готовая взлететь. Но парень стоял, не шевелясь, и птица успокоилась. Начала клевать.

Она едва заметила стремительное движение руки, подобное броску притаившейся в листве древесной змеи, но расправить крылья не успела.

Алайни, молодой вампир из дикого племени Сумрачных гор, с недавней поры считал великим счастьем поимку даже такой ничтожной по размеру добычи. Крепко держа птицу, он уже собрался с жадностью зверя вонзить в нее клыки, но тут скрипнула дверь и раздался вскрик испуганной девушки.

Племянница хозяина дома вошла в предоставленные гостю покои и застала неприглядную для юной эльфийки сцену. Представив, какая жуткая участь ожидает пойманную красивую птицу, девушка тихонько всхлипнула и отступила, прикрывая ладонью маленький рот.

Алайни был вынужден отпустить добычу, побоявшись, что впечатлительная нежная эльфийка может умереть от переживаний. Птица с громким писком вылетела в окно.

– Леди Миллинэль, простите, я не ждал вашего визита, – Алайни виновато улыбнулся.

Он слишком увлекся охотой, потому не услышал ее тихих шагов по винтовой лестнице.

– Покорнейше прошу меня извинить, господин Алатан, – девушка с убранными под сетку заколки белесыми волосами отступила и поклонилась, пряча взгляд. – Я пришла прибраться в вашей комнате. Думала, вы в библиотеке, как обычно в это время суток.

– Зови меня Алайни, – со вздохом попросил вампир. – Я побуду здесь. Не надо сегодня делать уборку в этой комнате.

– Хорошо. Как скажете, – Миллинэль покорно кивнула.

Какой из него господин? Такой же, как из нее леди! Зачем обманывать друг друга?

А ведь еще недавно Алайни думал, что его заветные мечты исполнились. Он жил в эльфийском городе, в роскошном доме – почти что замке. Но нет, не жил, а пытался выжить, следуя инстинкту. В прекраснейших покоях он был не хозяином, даже не гостем – узником в темнице, хотя никто из обитателей дворца не смел приблизиться к нему, чтобы надеть оковы.

Хозяин – старый скряга эльф Дайриэнен при встрече с ним брезгливо отводил бесцветные, как будто бы увядшие глаза. Алайни он считал ненужной в хозяйстве вещью, оставленной давним другом. Вещь нельзя было выкинуть, так как она чужая. По той же причине ее приходилось терпеть, пусть она и мешалась под ногами.

Племянница хозяина жила на положении рабыни, всего и всех боясь, тем более вампира. Наемный привратник-эльф и редкие гости Дайриэнена никогда не заходили в дом дальше огромного танцевального зала, и то бывали там исключительно в присутствии хозяина. Алайни на глаза им не попадался.