Принцесса для зверя

— Ты в своем уме вообще, Соня? Ты хоть представляешь всю серьезность ситуации? Ты пьяна была, что ли? — его голос эхом проносится по комнате. Тимур то слегка повышает его, то переходит на крик, от чего у меня внутри все сжимается.

— Прекрати так кричать, — прошу, хотя не надеюсь на то, что он меня услышит.

— Не прекращу! Ты хоть представляешь, что за это будет? — он разговаривает грубо, строго, так же, как и все считает, что я способна на подобное.

Я стараюсь держать маску безразличия, но слезы все же начинают стекать по щекам. Мне впервые страшно настолько, что я готова попросить у него помощи. Молить его несмотря на то, что у нас до сих пор не налажены отношения. Что он считает меня ветреной и бесчувственной, папиной принцессой, не заботящейся о жизни других.

— Я ничего не делала, — едва шевелю губами, стараясь объясниться.

Я одна здесь, помощи ждать практически нет откуда: матери у меня нет, а отец не выходит на связь, да и он вряд ли поверит в то, что я не виновата. Скорее, даже приплатит адвокатам, чтобы его нерадивая дочь села на подольше и не мусолила глаза на его празднике жизни.

— Ты уверена?

Я поднимаю голову и смотрю на него заплаканными глазами.

— Ты серьезно?

Нет, я не верю, что он спрашивает это серьезно и совсем-совсем не шутит. Не хочу в это верить. Несмотря на наши непростые отношения я надеялась, что он рассмотрит меня настоящую, что заглянет в душу и поймет, какая я на самом деле.

Он вздергивает брови и удивленно смотрит на меня. Серьезно? Похоже и правда не верит. Ни он, ни адвокаты-идиоты, которых мне предоставили сразу после задержания, никто не верит.

— До свидания, — шепчу одними губами, но продолжаю стоять на месте.

Нас разделяет большая прозрачная стена и сейчас я рада, что это так. Он не станет подходить, касаться меня, добиваться правды. По взгляду вижу, что он не захочет слышать мои оправдания. Да и мне не хочется рассказывать. Я уже миллион раз объясняла все следователям, адвокатам. И ему по телефону…

Только он не верит, постоянно спрашивает и злится, он постоянно злится на меня. А ведь он сам пришел ко мне когда-то, сделал предложение, сказав, что я ни в чем не буду нуждаться, что ему нужна просто жена, которая не будет омрачать его репутацию. Так и было. До сейчас. Может, в этом все дело? Я в одночасье стала той, кто омрачил его репутацию? Кто бросил тень на имя великого Тимура Байрамова.

Смотрю на его недоверчивое выражение лица и понимаю, что меня обуревают противоречивые чувства: ненависть и…

Любовь?

Нет- нет-нет…

Соня, ты не можешь его полюбить. Он не тот, кому можно отдать свое сердце. Его интересует только две вещи: имя и бокс. Ты ему не интересна, совсем. Ты для него лишь красивая кукла и прикрытие для деда и окружающих. Только почему так на душе погано?

Ты должна его ненавидеть.

Ну же, Соня. Я действительно убеждаю себя. И вынуждаю развернуться и направиться к двери.

— Вернись за стол и давай нормально поговорим, — его голос останавливает меня у двери, но я решительно берусь за ручку.

Я знаю, что он злится… он всегда злится. И всегда только из-за меня.

Я разворачиваюсь и хочу выйти из комнаты для посещения, потому что не могу находится рядом с ним, это меня задевает сильнее, чем обвинения, которые на меня вешают.

— Одно твое слово, принцесса, и ты сейчас же выйдешь отсюда.

Вздыхаю, потому что я не хочу так. Я, наверное, глупая, потому что все еще верю в великую силу правосудия. И надеюсь, что ему не придется прикладывать к ней руку, потому что я больше не хочу, чтобы нас хотя бы что-то связывало. Не хочу быть ему обязанной и знать, что он единственный, кто помог мне в трудной ситуации.

— Мне не нужна твоя помощь, — уверенно говорю я и стараюсь держаться, хотя с каждой минутой это становится все сложнее и сложнее.

— Остановись, — он бьет по стеклу и оно начинает дрожать.

Тимур наносит удар за ударом, вымещая всю злость на перегородке, как на боксерской груше.

— Нет, Тимур. Наш брак окончен. Подавай на развод и со спокойной душой расскажи журналистам, что любовь всей твоей жизни обычная мажорка, не заботящаяся о жизни других.

— Вернись, — кричит Тимур и вновь обрушивает удар на перегородку

Охрана вбегает в комнату и они пытаются успокоить Тимура, но у них это не получается. Еще бы, ведь они пытаются остановить чемпиона по боксу.

Я с тоской смотрю на бесполезные попытки охраны что-то предпринять и понимаю, что когда все закончится, если, конечно, закончится, я не смогу простить его недоверчивого взгляда. Его простого “ты уверена?”. Перед глазами проносится множество споров, ссор и скандалов, которые были между нами, но мы договаривались, старались находить компромисс.

— Вернись и ответь, — кричит Тимур.

— Прощай… — говорю последнее и разворачиваюсь, протягивая руки, чтобы на них защелкнули наручники.

— Что тебе нужно в моем кабинете? — зло рычу, когда входная дверь захлопывается с громким звуком.