Принцесса. Часть II (СИ)

У моей подруги Олеси есть домашний питомец, пользующийся моей нежной и заслуженной любовью. Питомец этот - среднеазиатская овчарка Бархан, огромное добродушное чудище цвета кофе с очень большим количеством молока. Поскольку я совершенно не могу пройти мимо чего-то пушистого и четвероногого, с первого же дня знакомства мы с Барханом стали лучшими друзьями.

У этой во всех отношениях замечательной собаки есть только одна раздражающая привычка. Бархан ужасно разбалован, спокойно ходит по дому и просто обожает с утра пораньше (или вообще ночью) залезать в постель к хозяевам и гостям. А поскольку моя к нему любовь полностью взаимна, стоит мне остаться у Олеськи на ночь, как полное невероятно «приятных» ощущений пробуждение мне гарантировано. Ладно бы Бархан просто забирался на кровать и экспроприировал ближайшую её половину! Нет, он медленно, но верно заползает на хозяина кровати и устраивается сверху. Ощущения такие, словно на тебе расположилась вся туркменская пустыня, из которой отец Олеси и привёз четыре года назад милого щеночка!

Вот и сейчас, проснувшись оттого, что дышать и шевелиться стало решительно невозможно, я простонала:

- Бархан, я тебя очень люблю, только слезь!!

И протянула руку, чтобы спихнуть с себя дорогого друга. Однако под ладонью оказалась не густая собачья шерсть, а гладкая человеческая кожа. Я разодрала отчаянно слипающиеся веки и обозрела тёмно-каштановый затылок, вместе со всеми остальными частями тела Андрея удобно расположившийся поверх меня вместо одеяла. Чудесно! Нет, вот интересно, это люди всегда так мучаются, просыпаясь в одной постели в тесных объятьях друг друга? Тут не до романтики, на ум приходят лишь прозаические подсчёты веса молодого, здорового, физически развитого мужчины. Килограмм семьдесят, наверно… Ладно, Адрей, я тебя очень люблю, но…

Гм… попытка нежно спихнуть с себя вторую половинку потерпела крах, даже толком не начавшись - силёнок не хватило.

- Адрей! - без особой надежды позвала я. Ну да, проснулся милый друг, как же! Попытки потрясти, подёргать за уши (с Барханом помогало!) и так далее были одинаково безуспешны. Дрыхнет, зараза! Ладно, не мытьём, так катаньем. То есть я потихоньку, бочком-бочком, стала выползать из-под мирно спящего парня. Мда… а ведь постель широкая, тут пятерых уложить можно, так нет же, ему обязательно надо было найти в этой постели меня и так сказать, забронировать место! Любовь, чтоб её! Ой!

Только я обрадовалась, что моё уползание почти увенчалось успехом, как Адрей что-то промычал во сне и решительным жестом притянул меня обратно.

- Солнышшшшко! - прошипела я ему в ухо. - Проссссниссссь! Быссссстро! А то…

Поняв, что словесные увещевания не действуют, я перешла к «а то»: ткнула его изо всех сил кулаком в бок. И - ура! - он открыл глаза и посмотрел на меня сонно, явно не понимая, что происходит.

- Слезь с меня! - рявкнула я. Утром я априори не бываю в хорошем настроении, а рано утром, да ещё так обнадёживающе начавшемся…

Адрей не стал задавать лишних вопросов, только перевернулся и вытянулся рядом на кровати, закрывая глаза:

- Извини.

- Да ничего, - буркнула я, наслаждаясь возможностью свободно дышать. - Просто ты… не слишком лёгкий.

- А, - отреагировал он. - А я подумал, что ты это из-за того…

- Из-за чего? - удивлённо посмотрела я на него и тут же поняла. - А. Нет. В конце концов, я же сама вчера попросила тебя остаться.

- Смелый шаг, - неожиданно улыбнулся Адрей, открыл глаза и посмотрел на меня. - Для девушки, которая даже ни с кем не целовалась!

- Я тебя люблю, - буркнула я смущённо. - И вообще, касательно смелых шагов, у вас тут все такие смелые, а ты даже не попытался… меня соблазнить! Я вот возьму и обижусь!

Адрей засмеялся, перевернулся на бок, протянул руку и ласково провёл пальцами по моей щеке:

- А надо было? По-моему, если бы я стал соблазнять тебя ещё вчера, тебе бы это не очень понравилось - только познакомились, и уже тяну тебя в постель. И потом, - он сел, сложил руки на коленях и серьёзно посмотрел на меня, - думаю, я должен дать тебе время отдышаться. А то получается, что я воспользуюсь ситуацией - ты в опасности, растеряна, я обещаю тебя защищать, а выходит это у меня не очень, зато я не прочь получить доказательства твоей любви. Паршиво выглядит, не правда ли?

- Не смотрела на ситуацию с такой стороны, - озадаченно проговорила я, тоже садясь. - Я же говорила, что не сержусь на тебя!

- Зато я на себя сержусь, - вздохнул Адрей. - И ещё, мы с тобой знакомы всего день, и что мы, в сущности, знаем друг о друге? Предпочтения, привычки, вкусы?