Преследуя тень

ЧЕТЫРНАДЦАТЬ ЛЕТ НАЗАД…

Пожилого сторожа детского дома разбудил громкий детский плач. Он лениво потянулся, решив, что ему это приснилось и, повернувшись на другой бок, с головой укрылся пледом. Но только-только прикрыв глаза, мужчина услышал плач снова, на этот раз понял, что ему это не показалось.

Старик поднялся, обулся в старые замшевые ботинки и вышел в холл.

Было тихо.

– Что ж такое?.. – пробормотал он и, шаркая ногами, пошел к окнам, которые выходили на главные ворота детского дома-интерната №4.

Там, среди света фонарей и падающего крупными хлопьями снега, мужчина, прищурив глаза, увидел маленькую девочку, в черной шубке, которая стояла недалеко от крыльца и оглядывалась по сторонам.

Сторож охнул и, не раздумывая, выбежал из здания, даже не накинув на себя тулуп.

На улице был ужасный холод, который, казалось бы, касался даже костей и заставлял все время вздрагивать.

Девочка, увидев старика, перестала плакать и во все глаза смотрела на него, пока тот шел к ней, дрожа от обжигающего ветра.

– Что же ты тут делаешь? – мужчина поднял ребенка на руки и заглянул в личико. – Ты же вроде не наша…

Девочка ничего ему не ответила.

Старик вздохнул и понес свою «находку» в здание интерната, а там, достучавшись до нянек, сплавил ребенка им.

Настенные часы показывали половину четвертого утра. Сторож вернулся в свою каморку и лег на диван, но заснуть у него никак не получалось. Его мучили мысли о том, что произошло с этой маленькой девочкой, и как она вообще оказалась здесь в такое время.

На какое-то мгновение сторожу показалось, что он услышал отдаленный вой на улице, но решил, что это всего лишь завывает ветер. Непогода набирала оборот. Если бы началась сильная метель, старик мог не услышать девочку, и та могла замерзнуть насмерть.

Отмахнувшись от мыслей, старик укутался в плед и закрыл глаза, медленно проваливаясь в манящий сон.

Тем временем девочку увезли в больницу. Там ее быстро обследовали на наличие каких-либо повреждений и оставили в палате спать, решив, что утром обо всем сообщат полиции, к тому же, метель стала слишком сильной, и ехать куда-то в такую погоду было бы ошибкой.

– Кошмар какой-то, – пробормотала молодая девушка в белом халате, заполняя бумаги. – У девочки несколько синяков, ссадина на локте, но она даже не напугана. Но я все-равно сделала ей успокаивающий укол и уложила спать.

– Интересно, откуда она взялась, – проговорила другая. – И ты видела её глаза? Жуть какая-то.

– Обыкновенная гетерохромия, – первая пожала плечами. – Иди, поспи, я подежурю.

Та довольно кивнула и быстренько скрылась из виду.

Медсестра долго сидела у поста, пока не решила заглянуть в палату к девочке, потому что сильно волновалась за нее.

Малышка сидела на подоконнике и, не отрываясь, смотрела на улицу. Она даже не обратила никакого внимания на появление в палате постороннего человека.

– Почему ты не спишь? – дежурная подошла к девочке и присела рядом. – У тебя что-то болит?

Девочка отрицательно покачала головой, продолжая куда-то смотреть.

За окном все еще шел снег. Он медленно ложился плотным белым ковром на землю, скрывая следы, оставленные незнакомцем. Мужчина долго смотрел на девочку, а она – на него. На прощание он помахал ей рукой и грустно улыбнулся, растворяясь во мраке ночи.

– Как тебя зовут, малышка? – нарушила тишину молчавшая какое-то время дежурная.

Девочка отвела взгляд от окна и посмотрела на взволнованное и уставшее лицо медицинской сестры. Под ее глазами залегли тени, а белки глаз стали красными, но, несмотря на это, девочка чувствовала, что она хороший человек и с ней безопасно.

Малышка снова посмотрела в окно, надеясь еще раз увидеть мужчину, но там уже никого не было.

– Аркадия, – тихим голосом произнесла она, сжимая ладошку, в которой все это время был крестик ее погибшей матери…

НАШИ ДНИ…

– …И с этими словами злой волк бросился на Красную Шапочку и проглотил ее. Хорошо, что в ту пору в лесу работали дровосеки. Они услышали шум и вбежали в дом, где сразу кинулись к волку и убили его. Освободили Красную Шапочку и бабушку. Обе были целые и невредимые. Конец, – я отложила старенькую потрепанную книжку на тумбочку и посмотрела на хмурую Анфиску, которая демонстративно сложила на груди тонкие ручонки.

– Глупые они какие-то, – констатировал факт ребенок. – Как можно повестись на подобную чушь?

Ну да, мне тоже интересно, как можно быть настолько глупой, чтобы не узнать переодетого в бабушку волка, но детям ведь так не скажешь…

– Анфис, это же сказка! – возмутилась я. – Это, конечно, выдуманный мир, но здесь есть мораль.

– А что такое «мораль»? – спросила другая девочка.

– Ну, – я закатила глаза к потолку, прикидывая, как бы объяснить детям данный термин. – Это некий вывод из всей истории.

– И какой вывод у этой сказки? – задали мне новый вопрос.

Я прищурилась.

– А сами-то, как думаете?

У рыженькой девочки с третьей койки вверх взмыла рука.

– Да, Алена?