Права и обязанности

Серебряные звезды на темно-синем бархате ночного неба сверкали несколько высокомерно и насмешливо, что, впрочем, никак не испортило мне настроения. Скорее наоборот. Потому что я слишком хорошо знал, что высокомерие – это лишь проявление беспомощной зависти, которую всеми силами прячут даже от себя самого. А значит, у меня есть что-то такое, чего нет у них, таких далеких и прекрасных. Так что пусть они там, наверху, мне завидуют!

От своей шальной мысли я едва не рассмеялся. А может быть, весело мне было от пряного ночного ветра с далекого моря, который принес горьковатый привкус соли и настойчиво толкался в мою спину, напоминая о том, что я уже слишком долго не уделял ему должного внимания.

Да, огромное упущение с моей стороны, надо признать.

Я стоял на изящном каменном балконе своих покоев, а подо мной призывно чернели лиги сплошной, беспроглядной темноты. Весьма соблазнительно… Один шаг – и полная свобода от всего и всех хотя бы на ближайшие полчаса…

– Владыка! – неожиданно раздался за моей спиной звонкий мальчишеский голос, которого, готов поклясться, я еще не слышал.

Дожили, я задумался до такой степени, что не заметил чужого присутствия. Неужели я все-таки начал стареть? Вроде бы не должен, не из такого все-таки теста сделан…

Вот и помечтал о свободе… Когда б мне дали побыть наедине с собой, бесконечно любимым и единственным в своем роде?! Только разнежусь в плавной и прозрачной реке собственных мыслей – тут же выясняется, что я кому-то позарез нужен. Хотя я, по-моему, всегда кому-то нужен. Куда же вся эта беспокойная шумная толпа без своего незаменимого Владыки? Вот и я тоже думаю, что никуда.

И мне плевать, что вспоминают о моем существовании, только когда совсем уж припрет… Ведь главное, что вспоминают. Хотя бы иногда…

Я спокойно досчитал до пяти и медленно и величественно повернулся к вошедшему, сохраняя на лице выражение, которое, по всеобщему мнению, пристало мудрому правителю, каждую секунду заботящемуся о благе своих подданных. Каковым, я, к слову, и являюсь. Время от времени меня пробивает на строгое следование велениям этикета (правда, обычно все находящиеся рядом в такой момент настораживаются и начинают ожидать очередной пакости с моей стороны, которая, естественно, не заставляет себя ждать, ибо кто ищет, тот обрящет!). Вот только глаза сверкали темно-синим, но это уже мелочи: мало кто безошибочно умеет читать мое настроение по цвету глаз. Мой младший брат, тот умеет в совершенстве, но Ариэна здесь, слава Творцу, нет. Братишку я, конечно, люблю всей своей душой (насчет наличия коей у некоторых возникали огромные сомнения), но иногда этот мальчишка бывает совершенно невыносим. Ну и я, естественно, не лучше. Все-таки братья, родовое сходство и все такое…

Явившийся по мою душу парень прямо-таки сиял почтительностью и обожанием, как магический светляк, при свете которого я люблю работать в мастерской, что сразу отбило у меня желание лезть в мысли этого пацана: не переношу такого отношения к себе. Значит, пробыл он здесь меньше года и очень редко со мной сталкивался нос к носу, поэтому и не могу с ходу вспомнить его имя. Те, кто пробыл под моим началом дольше, видели во мне уже не великого Владыку, а скорее отца, который, конечно, может и по заднице надавать при особо плохом поведении, но обычно прощает своих непоседливых детишек и всеми силами заботится об их благополучии. Ох и намаялся со своими немногочисленными подданными при таком-то отношении, но в целом оно меня устраивало. Лучше, когда тебя любят, а не боятся. Это мое личное мнение, и я еще не встретил того, кто способен его оспорить. Хотя попыток была уйма.