Повелитель Тёмных путей

Мерцающий свет начертил две двери в пустом воздухе по оба конца длинного, тёмного помещения. Через ту, что расположилась в дальнем конце, шагнул воин, исчез посередине шага– и появился из другого светящегося прохода, расположенного ближе.

Там он замер на полушаге, и беспомощно содрогаясь от спазмов – через его действующие челюсти вырвался придушенный крик – упал лицом прямо в пол. Его глазные яблоки взорвались, заплескав плитку влагой, которая зашипела и превратилась в текучие струйки дыма, а затем к ней присоединился настоящий потоп изо рта несчастного.

Высокий стройный мужчина в чёрном удовлетворённо кивнул. Шестеро крепких зентиларских воинов нашли одинаковую быструю смерть.

Устойчивые результаты. Его новое заклинание удалось.

Улыбаясь, он вышел из комнаты.

- Мои начальники в храме? Они, конечно же, думают, что я пытаюсь заставить брата поцеловать Святую Плеть. Кстати об этом: ты ведь примешь в своё сердце Ловиатар прежде всех прочих богов, не так ли, Хандрет?

Волшебник по ту сторону стола ответил ей невесёлой слабой улыбкой.

- Я подумаю об этом, - равнодушно отозвался он, потом ухмыльнулся, по-мальчишески ярко сверкнув зубами. Аянта знала эту улыбку уже целую вечность. Она обнаружила, что улыбается в ответ.

- Так что привело могущественного мага из Глубоководья в холодную, варварскую Зентильскую Твердыню, в которой ненавидят магов?

- Деньги, разумеется. Много денег. И под ненавистью к магам, полагаю, ты подразумеваешь, что Мэншун и его подопечные не терпят других волшебников, кроме себя?

- Я да. Они нет. Будь настороже, Хан.

Она положила длинную шипастую плётку со множеством кожаных хвостов на стол, прошептала над ней практически беззвучную молитву, потом снова подняла взгляд ему навстречу и спросила:

- Кто твой покровитель?

- Купец по имени Амбрам Сарбахо – если то, что ты о нём расскажешь, не отговорит меня нанести ему визит.

Аянта поёрзала на стуле, тесная чёрная кожа и тугие цепи шевельнулись так, чтобы привлекать к себе внимание, и снова ему улыбнулась.

- Значит, прежде чем соглашаться на службу, ты отыскал свою маленькую сестрёнку, чтобы разузнать, как здесь дела делаются. Мне это нравится.

Хандрет пожал плечами.

- Необходим немалый ум, чтобы подняться до звания тёмной плети Ловиатар – и даже просто для того, чтобы так долго выживать на службе Девы Боли. Волшебники быстро узнают, как сложно даётся доверие. У тебя есть ум, и я тебе доверяю. Поэтому мы оказались здесь, в этой чересчур дорогостоящей попытке подражать высококлассным питейным заведениям, и тратим здесь моё золото. Говори.

Его сестра вздохнула.

- Мы не знатного происхождения, так что это лучшее, что может предложить нам Зентильская Крепость. Положи руки на стол, ладонями вверх. Пожалуйста.

- Чтобы ты… ?

- Чтобы я могла хлестнуть тебя по ладоням, если кто-то зайдёт в комнату, заставляя их считать, что тёмная плеть богини боли встретилась наедине с чужеземным волшебником по верным причинам.

Хандрет положил руки на стол ладонями вверх.

- Насколько я помню, я платил за частную комнату.

- Так и есть. В Твердыне есть «частное» и есть частное. Опять же – мы не знатного происхождения. И не из Зентарима.

Хандрет кивнул, давая понять, что осознал смысл её слов. За освинцованными окнами с неожиданным свистом пронёсся ветер. Зима пока что ещё не вонзила свои когти в Зентильскую Твердыню, но уже стремительно наступала и несла с собой холод. Стояла пора кружащихся опавших листьев, холодного ветра и коротких, свирепых, ледяных дождей. На протяжении ближайших десяти дней за ночь лужи будут покрываться слоем хрупкого тонкого льда, который будет таять по утрам. Затем придут снега – задолго до того, как завершится год Пылающего Знака.

- Амбрам Сарбахо – один из богатейших купцов во всей Твердыне, - сказала ему Аянта, понизив голос до шёпота. – Однако его сделают лордом только в случае вступления в Зентарим, а он пока что не высказывает подобных намерений. Он опытный заговорщик, постоянно плетущий небольшие козни и интриги – и, должна тебя предупредить, он нанимает бесконечную череду волшебников-на-месяц, вместо того, чтобы попытаться на долгие годы завоевать верность одного или двух доверенных магов.

- Значит, он проблемный?

- Все успешные купцы в крепости – проблемные, братец. Этот не скрывает своего недоверия к окружающим; пожалуй, он нанимает больше информаторов, чем кто-либо ещё во всём городе – не считая Мэншуна, разумеется. Он… просто недоверчив и всех прочих меряет по себе.

- Я не раз вел дела с его представителями в Сембии и Глубоководье; чем он знаменит дома?

- Он торгует разными мелочами и завозит диковинки из далёких земель.

- Хм, - хмыкнул Хандрет Имбрет. – Человек, который сразу же вызывает подозрения у городского правителя.

Сестра тонко улыбнулась.