Повелитель демонов из Каранды

По традиции считается, что ангараканцы изначально обитали в районе южного побережья современной Далазии. А затем Торак, демонический бог Ангарака, с помощью камня Ктраг-Яска вызвал природный катаклизм, впоследствии получивший название «раскол мира». Земная кора дала трещину, и из ее глубин вырвались потоки магмы, образовав из вод Южного океана Восточное море. Эти процессы продолжались десятки лет, пока наконец мир не обрел современный облик.

В результате этих катаклизмов алорийцы и их союзники были вынуждены отступить на неосвоенные территории Западного континента, а ангараканцы спаслись бегством в дикие земли Маллореи.

Магическая сила, заключенная в камне, отомстила Тораку за то, что он использовал ее во зло, изувечив и обезобразив бога и посеяв тем самым смятение среди гролимского духовенства. Военные, воспользовавшись ситуацией, захватили власть и к тому времени, когда гролимы оправились от потрясения, они фактически правили в Ангараке. Лишенное былого могущества духовенство образовало оппозицию с центром в Мал-Яске, недалеко от Карандийского горного хребта. Назревала гражданская война, и Торак решил наконец ее предотвратить. Однако, вместо того чтобы предпринять что-либо против штаба военных в Мал-Зэте, он с частью ангараканского населения отправился на крайний северо-запад Маллореи и основал там Город Ночи Хтол-Мишрак. Здесь он попытался обрести былую власть над камнем Ктраг-Яска; это настолько отвлекло его от действительности, что он не заметил, как большинство его подданных отстранились от теологических проблем. Оставшаяся же с ним кучка истеричных фанатиков, строго контролируемых тремя учениками Торака – Зедаром, Ктучиком и Урвоном, – поддерживала в Хтол-Мишраке старые порядки; в остальном же Ангараке жизнь сильно изменилась.

Когда постоянные трения между церковью и военными привлекли наконец внимание Торака, он вызвал Верховное командование и верхушку гролимской церкви в Хтол-Мишрак, где не терпящим возражений тоном отдал следующий приказ: за исключением Мал-Яска и Мал-Зэта, все города и районы переходят под совместное управление военных и духовенства. Конфликт между покоренной церковью и Верховным командованием был тут же улажен, и они вернулись в свои владения. Это вынужденное перемирие дало генералам возможность заняться другими народами, населявшими Маллорею.

О происхождении этих народов говорят лишь полузабытые легенды, но точно известно, что до ангараканцев на континенте жили три народности: далазийцы на юго-западе, мельсенцы на востоке и карандийцы на севере. Именно последние и привлекли внимание военных. Карандийцы – воинственная народность – особенно не нуждались в удобствах цивилизации. Они селились в наскоро возведенных городах, где по грязным улицам бродили свиньи. С давних пор они были связаны с мориндимцами, жившими на дальнем севере Гар-ог-Надрака. Оба диких народа молились демонам.

В начале второго тысячелетия восточная граница часто подвергалась набегам кочевых отрядов карандийских разбойников. Против них к западным окраинам карандийского королевства Паллии из Мал-Зэта выступила ангараканская армия – город Раканд на юго-западе Паллии был захвачен и сожжен, а жители взяты в плен.

В этот момент было принято одно из величайших решений в истории Ангарака. Когда торжествующие гролимы уже готовились к оргии с человеческими жертвоприношениями, генералы не спешили оккупировать Паллию – в короткие сроки преодолеть такие большие незаселенные расстояния невозможно. Куда разумнее, считали они, оставить Паллийское королевство в подчинении и взимать с него дань. Гролимы были вне себя от гнева, но генералы оставались непреклонными. Обе стороны решили представить дело на суд Торака. Как и следовало ожидать, Торак согласился с Верховным командованием: если бы удалось обратить в свою веру карандийцев, армия увеличилась бы почти вдвое, что позволило бы успешно противостоять королям с Запада. «Да покорится мне каждый, кто живет в безграничной Маллорее, и преклонит колена в молитве». Эти слова миссионеры восприняли без энтузиазма, и, чтобы быть уверенным в их усердии, Торак послал Урвона в Мал-Яск для наблюдения за обращением карандийцев. Урвон провозгласил себя временным главой маллорейской церкви и жил в роскоши и великолепии, доселе неведомых аскетичным гролимам.