Потерянная мелодия

Моим любимым бабушкам Масловой Галине Алексеевне и Перминовой Вере Васильевне посвящаю.

Уже поздно, почти полночь, а мамы все нет. Она ушла в гости, но обещала вернуться до десяти. Как же хочется спать, но спать нельзя – нужно обязательно дождаться маму, иначе с ней что-нибудь случится. Вот уснешь без мамы и проснешься без нее – мама исчезнет. Тишина, только секундная стрелка настенных часов с треском отсчитывает время. Еще минута, еще две. Перед девочкой розовая пластмассовая коробка с прозрачной крышкой, дно разделено маленькими стенками, пуговицы, бусины, старые нитки и иголки навалены как попало, и спутались в один клубок. Катя загадала, нужно все разобрать и аккуратно разложить по отсекам коробки. Как только она закончит, мама вернется, и она начинает – стараясь совместить стук стеклянных бусин о пластмассовое дно с ходом часов. Зеленая лампа вытянула свою длинную кривую шею и дышит ей в затылок, обжигая его, но девочке все равно – она колдует, чтобы вернуть маму домой. Как только она кладет последнюю пуговицу в нужный отсек, в замке поворачивается ключ. Это она…

Мама вернулась, и девочка тут же забыла, какой несчастной и обиженной была совсем недавно. Разве можно помнить плохое, если от мамы пахнет и духами, и морозом, и она принесла кусок праздничного торта с необычным синим кремом? За окном в черно-синей ночи угрюмо завывает метель, но Кате совсем не страшно. Она видит, какими сверкающе – красивыми становятся вихри снежинок в свете рыжего фонаря. Скоро Новый год, елка, угощения, подарки, праздник. Под эти мысли девочка сладко засыпает.

Утром все не так. В комнате неуютно, мир за окном холоден и сер. И так не хочется покидать нагретую постель. В ногах примостилась большая и очень теплая кошка. Она громко и довольно мурлычет, наверное, видит очень приятные цветные сны.

– Катя, вставай! Опоздаешь! – по резкому голосу девочка поняла, у мамы после вчерашнего сильно болит голова.

– Я хотела бы быть Муркой, – не отводя глаз от кошки, прошептала она, – и мне не нужно было бы рано вставать, ходить в школу, убираться в квартире, делать уроки. Мурка махнула серым полосатым хвостом, открыла один желтый глаз, хитро облизнулась, глядя на девочку и, потянувшись всем своим гладким блестящим телом, спрыгнула с кровати и выбежала из комнаты.

Каждую ночь кошка уходила. Катя видела, как вечером Мурка сидит на окне, задумчиво всматриваясь в снежные сумерки, ждет нужного времени. Оно наступало, и Мурка мягко спрыгивала на жестяной подоконник за окном и растворялась в темноте. Девочка боялась, что кошка поскользнется и упадет вниз, но утром Мурка снова спала на Катиной кровати, свернувшись в ногах теплым урчащим клубочком. Пытаясь понять тайну кошки, она спросила у мамы: – Ты знаешь, куда ходит Мурка?

– У нее кот, или котята, – мама что-то вязала, спицы быстро сходились и расходились в ее руках. Катя не поверила – слишком это было просто.

«Если бы я была кошкой, – мечтала девочка, – то тоже бесстрашно гуляла бы по ночам. Я бы видела в темноте, и у меня было бы десять жизней. Мы с Муркой стали бы лучшими подругами. И с ее подругами я бы тоже подружилась. Они не такие, как эти злые девчонки во дворе. Они не прогонят меня».

Катя знала, в Новогоднюю ночь желания сбываются, но полагаться только лишь на это, она не захотела – те, кто исполняет желания, часто находят разные причины, чтобы все сделать не так.

«Слишком многие захотели одного и того же, на всех не хватило, – или, – Наверное, это слишком сложно»: – так отвечала мама, когда Катя спрашивала ее, почему никогда в точности не исполняется то, о чем она просит.

Только один раз ей подарили именно то, что она хотела – куклу, которую они с мамой однажды видели на витрине магазина «Подарки». Кукла оказалась совсем не такой, как мечталось – от нее пахло резиной, глаза были просто нарисованы, и очень небрежно: одна черная линия века доходила до самого уха. Наряд не был таким пышным и красивым, каким казался издалека – золотая краска с бусин осыпалась под пальцами, обнажая белую пластмассу; кружева платья были пришиты неровно, а с изнанки повсюду торчали спутанные нитки. Катя рыдала, и никто не мог понять, в чем дело, мама очень разозлилась, наказала ее и поставила в угол. «Больше никогда не буду загадывать такое»: – решила Катя.

И с тех пор она просила только то, что никак не могло ее разочаровать – волшебную палочку, шапку невидимку, много денег. А получала с тех пор только сладкие подарки – утешительные призы.