Последствия старых ошибок. Том 2

Саа, столица Аннхелла

Правительственная комиссия уже тусовалась в ангаре, разглядывая большие десантные шлюпки.

Разговор шёл о возможных удобствах и неудобствах полёта на военном транспорте.

Не все хорошо переносят проколы, но доставка гражданским кортом заняла бы двенадцать часов, а время дорого.

Перед отправкой принесли очередную видеограмму из военного министерства, которое параллельно вело собственное расследование.

Инспектор Джастин знал, что оно пожертвовало фон Айвином, чтобы отвлечь от настоящих шпионов, которых было поздно ловить и устранять.

Видеограмму, доставленную на кристалле прямо к шлюпкам, воспроизвели тут же, в ангаре.

На повисшем в воздухе экране возникло оплывшее лицо военного министра, требующего:

— Срочно и немедленно расследова…

Инспектор Джастин почувствовал головокружение. Этого ещё не хватало!

—… Расследова…

Помехи? Или министра заело, как попугая?

—…расследование прекратить до выяснения всех обстоятельств.

Стало непонимающе тихо. Не тот кристалл, что ли поставили?

Секретарь послал за техником. Экран перезагрузили.

— Расследование прекратить, по выяснению неожиданных обстоятельств! — Прозвучало теперь совершенно чётко.

Комиссионный люд зашумел. Инспектор Джастин, борясь с головокружением, обессиленно прислонился к опоре ограждения.

Что за чертовщина? Что значит, прекратить? Если кто-то ещё вмешался, то кто?

— Это что за хэдова Бездна? Уже никуда не летим? — спросил воздух перед лицом туповатый Ли Гарделин.

Воздух не ответил. Он был наполнен ругательствами, междометиями, смешками.

Были и те, кто настаивал на переполучении видеограммы. Затеяли голосование…

На запрос и переполучение ушло с полчаса. Кроме копии видеограммы пришли резкие комментарии секретариата министерства на тему: все ли пьяны в комиссии? Если нет, то пусть трезвые разъяснят прочим стоимость дополнительного запроса.

Плайта

— Анджей, поднимайтесь! Пока в министерстве очередной беспредел, мы вас успеем подобрать. В темпе!

Сообщение было странным и неожиданным. На экранчике спецбраслета капитана Пайела лендслер наземных войск южного сектора Колин Макловски был лыс, как коленка.

Хаго опять ничего не ответил, только кивнул. Потом долгим и странным взглядом посмотрел на Роса и повернулся к штрафникам.

— Коста, иди сюда.

Рукастый подошёл. Они с капитаном были почти одного роста, и встали глаза в глаза. Капитан, однако, покачнулся неловко, и штрафник его подхватил.

— Годен, — с усмешкой констатировал хаго. — Вот ты нас и повезёшь. Чтобы твои мозги раскачать, никакой паутины не хватит. Голова болит, боец? — спросил он строго.

Коста вытянулся, но кроме растерянности Энрихе в нём ничего постороннего не заметил.

Оно и верно — если в голове пусто, она и не закружится. Малоразвитые люди нормально переносят сдвиги по паутине. Их мозг особо не цепляется за «родной» вариант реальности. Он не очень-то различает ещё нюансы «своего» и «чужого».

А вот Росу досталось. Его бы усыпить сейчас от греха. Последствия по первости могут быть интересные и разнообразные, такие случаи иннеркрайт знал.

— Не боишься, боец, без грамотного второго? — весело спросил капитан. — Мы тебе рыжего посадим, но в самом крайнем случае — разбудишь меня. Но только — в самом крайнем. Надолго меня не хватит.

Он вдруг задумался, помолчал секунд десять, но потом махнул рукой. Поехали, мол.

Рос смотрел на него недоумевающее. Потом встал.

— С чего ты взял, капитан, что я вас отсюда не вывезу?

Энрихе смерил взглядом расстояние до пилота, вдруг придётся вязать?

— Я бы не смог, — спокойно сказал капитан.

— А тебе и не надо. Грузитесь! — скомандовал Рос и полез в шлюпку.

Это было прямое неповиновение, а не просто нарушение субординации. Но капитан постоял ещё секунды две, запоминая необыкновенный цвет неба, свистнул собаку и тоже полез в шлюпку. Видно, его и Роса связывали какие-то особенные отношения.

Подробностей полёта иннеркрайт не запомнил. Он спал.

Они долетели. Какая разница, как?

Линкор Империи «Каменный ворон»

Лендслер не облысел, он побрился.

Его пронзительные чёрные глаза захватили теперь принадлежавшую бороде территорию и намертво приковывали взгляд.

Иным борода добавляет властности и таинственности, здесь же она напротив маскировала страшную внутреннюю силу лендсгенерала Макловски.

Но хаго бросился к нему на шею — и лёд был сломан. Вместо чёрной ядовитой болотной жижи, в пролом хлынула живая, родниковая вода.

Энрихе оперся спиной о стену ангара «Каменного ворона» и закрыл глаза.

Ничего. Пока жив.

Он всё ещё не в родном, но в доме. Военный трибунал, Альдиваар и кровавые эрцоги — оставались далёким, хоть и неотвратимым сном о будущем. И нужно было как-то уйти из этой, чужой жизни, чтобы с головой окунуться в свою, какая бы она ни была.

Иннеркрайт оттолкнулся от стены, выпрямил спину и приготовился откланяться.