Последний шанс

Странно, но совсем недавно я как раз думал о том, что Кам-Хейнаки рано или поздно доиграется.

Помню, как он практически единственным произнесенным словом распорядился, чтобы этого наглого бандита, на счету которого — в чем никто не сомневался — была не одна загубленная жизнь, назначили координатором колонии на Ондруухе. Ну и что, мол, с того, что он бандит и убийца неужели это помешает ему руководить добычей руды? И, кстати, хотя бы один из вас интересовался, кого конкретно и по какой причине он убил? Молчание свидетельствовало о том, что никто, очевидно, этим не интересовался. И все-таки шуму Собрание подняло много. Правда, Хейн не стал дожидаться, чего они там в конце концов вышумят. Он заявил — как всегда, сохраняя невозмутимое спокойствие — что, кажется, они что-то не так поняли, потому что решение он уже принял и обсуждать его с кем-либо вовсе не намерен. Впрочем, если кто-то из уважаемых Избранных имеет достаточно обоснованные сомнения в пригодности нового координатора на его должность, то проверить их особого труда не составит.

Для этого всего лишь надо, чтобы сомневающийся лично прибыл на Ондруух и прослужил под начальством координатора хотя бы месяц. Так что — желает кто-нибудь из присутствующих?.. Никто, похоже, не желал, и Кам-Хейнаки удалился в полной тишине.

Понятное дело, никто не воспринял эти слова иначе как в шутку.

Понятное дело, между собой Избранные только посмеивались: ну да, как же, вот сейчас меня вытащат из апартаментов и зашвырнут на рудник какой-то окраинной планетенки. Однако шум прекратился почти сразу.

Но, что ни говори, шутки шутками — а все же всему есть предел, и даже самое совершенное здание когда-нибудь даст трещину…

Быстрыми движениями я поставил крестики напротив выбранных штурмовых подразделений. Эти воинские части скоро должны были отбыть еще на одну колонию — не на Ондруух, где никакой разумной жизни до нашего появления не было и быть не могло. Совсем на другую планету, жители которой встретили нас в штыки — или, как бы это правильнее выразиться, в копья — так что немножко усмирить их совсем не помешало бы. Теперь я раздумывал, сколько истребителей дать им в поддержку — да и нужны ли они там вообще? — когда информатор, будто выплевывая, нервно объявил:

Это было уже как минимум любопытно. Новостями с более низким приоритетом я попросил меня не донимать, потому что отбор войск нужно было закончить как можно скорее. Пускай я в некотором роде особа, очень близко стоящая к нашему диктатору, но промедления он не потерпит даже от меня. Но раз уж речь зашла о чем-то экстренном, то и с этим медлить не стоило: кто знает, возможно, в свете последних событий мое занятие окажется совершенно бессмысленным и никому не нужным.

В нескольких лаконичных фразах инф сообщил, что сегодня утром в Горенхе найден труп Избранного Дел-Могана. Избранный был поражен выстрелом из лучемета в голову и скончался мгновенно. Никаких следов на месте преступления не обнаружено и ничего пока нельзя сказать о том, кого же подозревать в совершении злодеяния.

Глупости, подумал я. Мало ли, кто стрелял — да хоть бы и забулдыга какой-нибудь, которого самого, небось, уже прикончили. Нет никакой разницы, кто стрелял — но вот кто послал! Кому это выгодно!

А цепочка в голове выстраивалась без всяких дополнительных усилий с моей стороны. Дел-Моган: ну как же! Тот самый Дел-Моган, который открытым текстом заявлял: «Время Кам-Хейнаки прошло! Время диктатуры прошло! Народ хочет свободы! Хейну пора уходить!» Ну да, конечно. Вот так он просто возьмет и уйдет. Аж два раза уйдет. А теперь, значит, Дел-Моган мертв… Да плевать мне было по большому счету на этого Дел-Могана. Пожалуй, он и меня даже несколько раздражал своими выкриками. Народ, видите ли, хочет свободы — а знает ли он хотя бы, что такое настоящая свобода, не та которая: «я свободен стукнуть моего начальника по голове» — а другая, там где никому никого стукать не надо будет? Знает этот народ, чего он хочет? Ну да черт с ним, с Дел-Моганом. Но Кам-Хейнаки!..

Думая так, я уже отдавал команду запроса связи с Хей-Тиррипом. И тот не замедлил откликнуться:

— Приветствую тебя, советник всемогущего.

— Я только что услышал новость.

— Дел-Моган… — это было утверждение, а не вопрос.

— Да.

Мы помолчали. Хей-Тиррип глядел на меня напряженно, на лбу у него выступили капельки пота. Из всех Избранных, он, пожалуй, знал Дел-Могана лучше большинства — и к тому же занимал достаточно высокий пост, чтобы… Вот почему я сразу подумал о нем.

Тир молча ждал, пока я заговорю. Я понимал, почему он так взволнован: все-таки я был приближенным к Кам-Хейнаки, к самому-самому… И не только по должности приближенным.

— Я думаю, это шанс, — наконец сказал я.

— По-твоему, он… — осторожно начал Хей-Тиррип.

— А это важно?

Он ненадолго задумался:

— Да. Понимаю.

— Тогда лучше не тянуть.

— Верно, — согласился он. — Что верно, то верно. Ты думаешь, если мы доведем это до Галактического Совета…