Последний натиск на восток ч. 2 (СИ)

Конец декабря 630 года. Новгород.

Коста крутился в новгородском посаде, чувствуя себя почти как дома. Толчея и гвалт были просто неимоверными. Люди вывалили на улицы, растерянно глядя друг на друга. Что-то страшное произошло, да только не все еще понимали, что именно. Были закрыты все питейные заведения, а спиртного было не достать ни за какие деньги. У каждой корчмы стоял караул, и отправлял страждущих куда подальше. Народ злился, ведь бунтовать на трезвую голову никому не хотелось.

— Князя нашего убили! — выпалил какой-то селянин, который только что выехал на своей телеге из Белого города. Аккурат перед тем, как стража опустила решетку, перекрыв все проходы туда намертво. Теперь домой не могли попасть даже те, кто в самом городе жил. И такие бедолаги теперь толклись у ворот, переступая с ноги на ногу. Они все еще надеялись попасть домой.

— Как убили? — выдохнул кто-то в толпе.- Кто?

— Княгиня и убила! — сказал селянин, гордо выпятив грудь. Его окружила немалая толпа, которая жадно вслушивалась в каждое слово.

— Княгиня Людмила? — ахнула толпа. — Да как же это?

— Отраву своей рукой поднесла, — важничая ответил мужик. — Я в самую цитадель зерно возил, мне служанка знакомая и шепнула. Она врать не будет, ведь родней мне приходится. У моей двоюродной тетки сватья есть. Так это ее самой родная племянница.

— Родня… Ишь ты, — глубокомысленно закивали горожане. — Родня обманывать не станет. Своей рукой! С ума сойти!

— Врет он все! — взвизгнул какой-то рыжий мужичок в дешевой сермяге. — Князя нашего попы со свету сжили. Не могла сама богиня мужа убить!

— И впрямь, не могла… — качнулась в другую сторону толпа. — Врешь ты все, деревня немытая!

— Бей попов! — завизжал тот, что в сермяге. — Они и княгиню нашу тоже убили! Пусть нам княгиню покажут!

— Да! — просветлели лица людей. — Пусть покажут!

Толпа, ругаясь по чем зря, повалила к городским воротам, а Коста, который крутился в самой гуще событий, глубоко задумался. Этого мужичка в сермяге он видел уже в третий раз, и он всегда говорил одно и то же, где бы и о чем ни шел разговор. Шел ли разговор о ценах на рыбу, или о том, у кого дочь замуж собралась, или сколько соседская свинья принесла поросят, рыжий всегда сводил разговор к одной теме. Коста поглубже надвинул на голову войлочный колпак и пошел за мужичком, держась от него чуть в отдалении. Сегодня это было несложно, ведь казалось, что весь город на улицы вывалил. И для многих смерть князя, который немногим отличался от живого божества, стала предвестником неминуемых несчастий. Бабы выли в голос, а мужики хмуро лапали ножи на поясе, не понимая, куда бежать, и что делать. И только конные патрули, стоявшие через каждую сотню шагов, еще хоть как-то держали ситуацию.

— К Лотару на склады идем, почтенные! — визжал все тот же рыжий мужичок, ввинтившись в толпу на другом конце города. — Там оружия тьма! Всем хватит! Они нам за смерть князя ответят! Язычница проклятая нашего князя отравила! Я своими ушами слышал!

Коста даже оторопел о такого резкого перехода, а его ум заработал с невероятной скоростью. Он понял все очень быстро. Христиане! В этом конце больше было христиан. Вот оно как! А рыжий мужичок-то совсем непрост.

— Пст, парни, — негромко сказал он, подойдя к группке крепких мастеровых. Он их не раз в харчевне видел. Это были кузнецы с мануфактуры господина Максима. — Слово и дело государево.

— Ты совсем сдурел, малец? — испуганно оглянулись по сторонам кузнецы. — И чего ты с этим к нам приперся? В Тайный Приказ иди. Знаешь, что тебе будет, ежели слово твое облыжным окажется? Давно в соляной шахте кайлом не махал? Так тут это быстро делается, ты даже пожалеть не успеешь.

— Знаю, знаю, не дурнее вас, — с достоинством ответил Коста. — Как насчет по рублю заработать?

— Это мы завсегда рады! — обрадовались парни. — Тебе чего-нибудь перенести надо? Или обоз с солью разгрузить? Ну, не томи, рассказывай.

— Там баламут один горло дерет, — мотнул головой Коста. — Его надо взять по-тихому. Он народ на кровь подбивает. Я на него покажу, а вы его кое-куда доставите. А награду пополам.

— А почему по-тихому? — удивились мастеровые. — Мы ему сейчас в рыло съездим, потом ногами малость потопчем, а то, что от него останется, отнесем, куда скажешь. Но ежели ты, чернявая рожа, нас насчет денег надуть решил, мы и тебя отделаем за милую душу. Ты у нас год кровью ссать будешь. Мы тут таких шуток не понимаем.

— Нет, надо все по-тихому сделать, — уверил их Коста. — Потому как остальные разбегутся. Вы за мной идите, шагах в десяти. Вот ты! — ткнул он в невысокого, но зато почти квадратного крепыша. — Ты будешь вот что делать…

— Ну, пошли, что ли, — удивленно почесали затылки кузнецы, получив вводные. — Мы за такие деньги неделю в кузне пашем.