Последний крик банши

— Это продолжается уже пятый месяц! — экспрессивно вещал репортер с экрана. — И не где-нибудь, а в центре столицы! У несчастного животного слита вся кровь, которой сейчас окрашены ступени Большого театра! На асфальте кровью нарисована пентаграмма и рунические символы! И после этого власти еще смеют утверждать, что ведьмы безобидны? Чего же ждет инквизиция? Неужели, пока жертвами не окажутся люди, власти не пошевелятся и продолжат покрывать колдуний? Поэтому повторяем: проявляйте бдительность, старайтесь не ходить поодиночке после полуночи и не оставляйте без присмотра ваших детей. А мы обязательно будем держать вас в курсе расследования, если таковое ведется. Спасибо за внимание.

Мужчина выключил плазменный экран широкоформатного телевизора и откинулся на спинку кожаного кресла. Да уж, умеют журналисты нагнать ужаса и паники, вот только охоты на ведьм в исполнении «мирного» населения не хватало! Глава инквизиции, генерал-полковник Сергей Максимович Аверин, еще помнил времена Иосифа Виссарионовича, когда за один намек, что женщина занимается волшбой, можно было получить ссылку «в целях профилактики» в места весьма отдаленные в глухой Сибири лет эдак на пять-десять. И доказательством служило исключительно то, что она после полуночи кипятила белье. А если же нашлись доказательства повесомее, вроде показаний соседки, что «эта ведьма мужа моего приворожила!», можно так легко не отделаться: хорошо, если жизнь сохранить удастся. Хотя неизвестно еще, хорошо ли. Сколько несчастных полегло в таежных лагерях — не сосчитать. Не было тогда в России настоящих инквизиторов, да и России не было. Всем занимались красноармейцы, большевики, не имевшие ни капли дара чувствовать ведьмовскую кровь и противостоять ее силе. Компенсировали они свое неумение рвением и энтузиазмом, которому самое место на стройке Беломорканала. Так что статистика тех лет впечатляла: в тридцатые годы показателям по отлову и наказанию ведьм позавидовал бы сам Торквемада. Впрочем, истинным ведьмам приходилось еще хуже. Если ловили «на горячем», старались уничтожить прямо на месте. Простые люди, служившие советской власти в нелегком деле борьбы с нечистью, с колдовством связываться не желали.

Вот так и осталось в их стране ведьм меньше, чем церквей, хотя раньше знахарка имелась в каждой деревне. А уж зажиточные села обязательно старались заполучить себе колдунью посильнее, чтобы и роды принять могла, и скотину вылечить, и зверей диких отогнать. Их уважали, пусть и побаивались, но времена изменились, и охота на ведьм захлестнула всю необъятную родину. Наверное, если бы не война, то и не осталось бы их совсем. Окончательно перевелись бы и унесли с собой те немногие знания, которые удалось сохранить. Ведь знания, как и сила, передавались от матери к дочери. Да только не все знания одинаково полезны.

Глава инквизиции взглянул на лежащие перед ним фотографии и материалы дела. Каждое новолуние новая жертва — бездомная собака. Продолжаться это могло долго, потому что нерезаных собак в Москве… Сергей Максимович усмехнулся в усы своему каламбуру, хоть и был он совсем не смешной. За свою жизнь — а жизнь у инквизиторов долгая, подлиннее, чем у многих ведьм будет, — он насмотрелся всякого и знал точно: ведьма не сможет удержаться. Скоро ей станет мало животных, силы у которых немного. Прав журналист, человеческая жертва — вопрос времени. И очень нужно найти эту колдунью до того, как она переступит черту и начнет черпать уже человеческую силу. Схватить такую — огромный труд, а уж сколько народу при этом поляжет… Да и скандалы в обществе совсем ни к чему. На фоне кризисов и трудностей всегда хорошо развивается ненависть к кому-либо, а ведьмы — объект неподходящий во всех отношениях. Мало того что под видом охоты на ведьм творится расправа над неугодными — бросившая любовница, неприятная соседка, строгая начальница, — так ведь еще и сами ведьмы за себя постоять умеют. И тут уж как нарвется толпа на сильную ведьму, последствия могут оказаться весьма печальными.

Инквизитор тяжело вздохнул. Пора принимать решительные меры, без помощи самих ведьм им сейчас не обойтись. Впрочем, Сергей Максимович никакой неприязни к ним не питал — женщины как женщины, не зря же говорят, что в каждой представительнице слабого пола живет ведьма. А уж ту, которую собирался позвать, так и подавно уважал, как-никак столько вместе пережили. Верховная ведьма России была ненамного моложе самого Аверина, а порой инквизитору казалось, что она еще из женского кокетства возраст свой таки приуменьшила. Очень уж умна, хитра и изворотлива плутовка и за своих сестер по дару стояла намертво, за что ее уважали безмерно.

— Варвара Ильинична, день добрый, — в трубку новомодного американского смартфона поприветствовал инквизитор, решив сделать общение неофициальным. — Нам нужна ваша помощь. Да, из-за этого ритуала. Когда сможете приехать? Мне чем быстрее, тем лучше. К полудню? Договорились.