Последний козырь

США, где свирепствуют экономический и политический кризисы, на пороге новой гражданской войны. Советник по вопросам науки при президенте выдвигает план консолидации нации перед лицом внешней угрозы — имитацию вторжения инопланетян.

Роману Реймонда Хоуки и Роджера Бинема не повезло — единственный раз опубликованный в сокращенном переводе (журнал «Вокруг света», 1980, №№ 9-12) более он на русском языке нигде не публиковался. Данное обстоятельство отчасти компенсируется легкодоступностью журнального варианта в сети.

Для неизбалованного отечественного читателя роман оказался чрезвычайно увлекательным (правительственный заговор, спецслужбы, зачистки свидетелей, каратэ), поэтому мало кто задавался вопросом о том, насколько книга соответствует заявленному жанру «фантастический роман».

На самом деле, фантастики как жанра в романе критически мало — за вычетом самой ситуации политического кризиса в США, роман куда более соответствует критериям конспирологического триллера. И ближайшей родней ему приходятся «Документ Р» Ирвинга Уоллеса или «Американский Рубикон» Фрэнка Робинсона и Джона Левина.

Опубликованный в 1974 г., «Последний козырь» стал одной из множества книг, суммировавших накопившееся недоверие общества к истеблишменту. Вся послевоенная история США обернулась чередой интриг и заговоров, и авторы рефлексировали события реальной истории: бессилие простого человека перед всемогущей государственной машиной и непознаваемыми государственными интересами.

При этом соавторы романа — не профессиональные писатели. Англичанин Raymond John «Ray» Hawkey (остается лишь гадать, отчего публикаторы «Вокруг света» транскрибировали его фамилию как «Хоухи») по своему основному занятию — графический дизайнер, ответственный за классические ныне обложки книг Лена Дейтона и Яна Флеминга.

Всего Хоуки написал четыре романа, из которых на русском издана ровно половина — помимо «Последнего козыря» в антологии «Английский политический детектив» (1987) опубликован роман «Побочный эффект», фантастических элементов в котором побольше, чем в Wild Card. При этом фамилию автора транскрибировали уже как «Хоуки», что породило неискоренимые по сей день противоречия — даже в базе Фантлаба «Хоуки» и «Хоухи» значатся как различные авторы.

Оставшиеся два романа Хоуки также написаны на стыке жанров политического триллера и фантастического романа.

Второй соавтор, также англичанин (пусть и проживающий ныне в США) Роджер Бинем, ученый и общественный деятель, вообще никогда более к беллетристике не обращался.

Помимо того, что «Последний козырь» до сих пор остается в высшей мере увлекательным чтением, помимо ностальгической ценности книги, хотелось бы также отметить, что по ряду признаков роман мог послужить источником вдохновения для «Хранителей» Алана Мура — мало того, что в книгах используется схожий мотив разрешения политического кризиса шоковой терапией, финалы книг практически одинаковы — посмертные послания участников событий находят своих адресатов.

От взрывной волны задребезжали стекла в окнах Белого дома и закачались хрустальные подвески люстры в спальне. Веки президента дрогнули, и в этот момент раздался телефонный звонок. Не открывая глаз, президент нащупал телефон и снял трубку.

— Извините, сэр, снова беспокою вас, — раздался голос дежурного, уже дважды будившего президента этой ночью. — Они взорвали мемориал Линкольна.

Президент оперся на локоть, протирая глаза.

— Что?!

— Похоже, им удалось прокопать туннель…

— Атомная бомба?

— Боюсь, да, сэр.

— Господи Иисусе! — Сон у президента как рукой сняло. — Надеюсь, бомба была чистой?

— Мы так думаем, сэр. Они заложили ее достаточно глубоко, и она была небольшой — не более одной восьмой килотонны, судя по показаниям сейсмографов. Ровно столько, чтобы дать понять, что они не шутят.

— И без опасения, что получат сдачи, — простонал президент.

В дверь постучали. Вошел камердинер с подносом, поставил его на столик возле кровати и, подойдя к окнам, поднял тяжелые занавеси. Сразу стали слышны далекие сирены машин полиции и «Скорой помощи».

— Есть жертвы? — президент продолжал говорить по телефону.

— Боюсь, что в живых остались только экипажи танков. Остальные…

Президент следил за тем, как камердинер наливал кофе и разворачивал салфетку.

— Я вылетаю в Кливленд через… — президент посмотрел на часы, — через два часа и до отлета хочу получить полный доклад о происшедшем! — Он положил трубку.

Именно угроза вот такой бомбы заставила его заблаговременно подумать о создании научной группы, которая бы исследовала волну гражданских беспорядков, прокатившуюся по Соединенным Штатам. Возглавить ее он попросил доктора Ричарда Нейдельмана, своего советника по науке.