Последняя планета

Галактическое судно «Иона» с планеты Тара — корабль с гиперпространственным приводом, предназначенный для паломнических и миграционных целей. Применяется для межзвездных перелетов и посадок на планеты.

Базовую основу системы движения составляет гиперпространственный накопитель на ионах, запускаемый генераторами перехода типа вещество-антивещество. Энергия, вырабатываемая в цикле перехода, используется для перемещения в пространстве и для работы систем жизнеобеспечения и обороны.

Масса, создаваемая в цикле, используется гравитаторами, расположенными на каждой палубе. Избыток массы возвращается в реактор-накопитель, где сохраняется на случай аварии в системе преобразования энергии.

Система жизнеобеспечения включает в себя все вспомогательное оборудование, используемое для внутренних целей, а также протеиновую ферму.

Коммуникационная система представляет собой множество нейтронных передатчиков телепатической энергии, усиливающих и модулирующих суммарную телепатическую мощность членов экипажа.

Система вооружения включает Конденсаторы Лазерного Излучения различной мощности, расположенные в стратегических точках корабля. Указанные КИЛы снабжаются энергией от основных генераторов.

Симус О’Нейл потянулся к кнопке тормозного устройства, взглянув назад, в чернильную темноту, где «Иона» продолжала следовать по орбите. Это зрелище отозвалось острым приступом боли в его склонной к сентиментальности душе.

Достаточно беглого взгляда, чтобы понять, что «Иона» — это старая разбитая титановая посудина, и все же, около четверти века она была его домом. Здесь он родился и вырос. «Иона» стала символом духа Освоения и Исследования космоса. Духа, за сохранение которого борется Священный Орден святых Бригады и Брендона.

Как и все второе поколение Диких Гусей1, он часто подшучивал над ее «тюремными» стенами.

И все же, он вздохнул с грустью, так свойственной всем таранцам. В конце концов, на «Ионе» он был дома, среди соплеменников. А сейчас ты один, и тебе предстоит высадиться на незнакомой, поросшей вереском, планете… Уверен, что они называют ее пустынной, — уныло подумал он. — И ты веришь? Ты веришь в это, комендант Симус О’Нейл?

Да, сдается мне, предприятие будет рискованным. Очень рискованным. Очень.

Ирония была свойственна таранцам, так же, как и грусть.

Он отсчитал пять секунд до полного торможения и вспомнил светлые волосы Тэсси.

Что-то приобретешь, что-то потеряешь. Так было всегда. Не потерять бы все…

Симус хорошо держался во время прежних стоянок, потом дела пошли хуже. Он снова тяжело вздохнул. С какими еще потомками землян ему предстоит встретиться? Эту мысль можно было сравнить с острым приступом астмы.

Он нажал на кнопку, челнок «Имон де Валери» содрогнулся в безмолвном протесте и начал снижаться в направлении небольшого просвета в зарослях.

Трудно было заподозрить О’Нейла в излишней набожности, но ведь и на убежденного агностика он мало походил.

Господи, если ты не возражаешь, пусть посадка пройдет удачно. Сделай так, Господи, чтобы я смог выйти из любого положения. И пока ты благоволишь мне, я не стану отказываться от любой твоей помощи и защиты, которую ты согласишься оказать мне в этой «увеселительной» прогулке. Господи, прости меня за то, что я посмел загадывать.

Симус допускал, конечно, что Всевышний осознает ситуацию, но полной уверенности в том, что Он болеет за его дело, не было.

Старый челнок опустился на твердую красноватую почву с максимальным достоинством, на которое был способен его уставший корпус.

Как и предсказывал компьютер Потрадж, этот старый сквернослов, — было немного пыльно.

— Есть посадка, — проинформировал Симус звезды на случай, если они слушали. Потом вздохнул в третий раз. Этот вздох предназначался Господу, звездам, Леди Дейдре и любому живому существу в этом пространстве, которое, возможно, слушало его. Это был вечный протест Кельта против превратностей Судьбы.

Момент был торжественный — посадка на неизвестную планету. Вот только, похоже, решительно никому не было до этого дела.