Последняя крепость. Том 2

Он почувствовал их присутствие еще до того, как они появились — потому что незваные гости не таились от него. Рывком приподнялся на широкой постели и откинул балдахин. Танцующие огоньки множества напольных светильников, расставленных по всему пространству громадной королевской опочивальни, съежились и словно бы застыли, превратившись в подобия желтых осенних листьев. И со стен, и с потолка сползли к стоящей в центре опочивальни кровати серые тени, похожие на бесшумных громадных кошек. Сползли и замерли.

«Это должно было когда-нибудь случиться», — подумал он.

А потом вспыхнул свет. Настолько яркий, что ему не сразу удалось разглядеть его источник. А разглядев, он спрыгнул с постели и накинул на плечи алую мантию. Поднимая мантию с кресла, заметил, как дрогнула рука, инстинктивно потянувшись к рукояти меча, висящего в перевязи на резной спинке кресла.

Их оказалось пятеро. Это они излучали свет, заливавший опочивальню ровными холодными волнами. Маски невиданного багрового металла поблескивали на их лицах. По лезвиям необычайно длинных и тонких мечей, висящих на поясах этих пятерых, пробегали змеистые золотые искорки… Он — король Гаэлона его величество Эрл Победитель — выпрямился перед своими незваными гостями во весь рост. Но и с высоты своего роста ему приходилось глядеть на них, задрав голову.

— Приветствую детей Высокого Народа в своем доме, — проговорил Эрл.

Невозможно было понять, кто из пятерых заговорил с ним. Голос певуче зазвенел в голове у короля, а багровые маски остались неподвижными. Впрочем, к середине фразы Эрл узнал этот голос.

— Это мой последний разговор с тобой, рыцарь, — не отвечая на приветствие, произнес Хранитель Поющих Книг Лилатирий, Глядящий Сквозь Время, — твое предательство убило во мне всякую охоту и дальше дарить тебе и твоим подданным благо мудрости Высокого Народа.

Лилатирий выдержал паузу. Стукнули запертые на засов ставни за спиною Эрла, и струи ветра, просочившиеся в щели ставен, колыхнули закрывающую окно портьеру, потекли по полу, устланному медвежьими и оленьими шкурами, плеснули по босым ногам короля. Но длинные и легкие до почти совершенной прозрачности плащи эльфов сквозняк не шелохнул.

— Высокий Народ настолько милостив, что решил дать тебе возможность искупить свою вину, — договорил Хранитель Поющих Книг.

Для того чтобы сказать то, что он собирался сказать, королю потребовалась вся его воля. Не так-то просто перечить тем, кому просто нельзя перечить. Но, промедлив, Эрл не успел даже раскрыть рта.

— Ты и вправду считаешь, что Высокий Народ ведет королевства людей к гибели? — прозвучал в его голове голос Лилатирия, Глядящего Сквозь Время. — Ты и вправду веришь в это?

Мысли людей для Высокого Народа были открытой книгой.

— Я не хочу в это верить, — признался король.

— Ты и не веришь, рыцарь, — на этот раз к Эрлу обращался не Лилатирий — Орелий, Принц Хрустального Дворца, Танцующий На Языках Агатового Пламени. — Вернее, колеблешься, выбирая — верить или нет. Но — оставь сомнения: те, кто принесли тебе эти вести, лгут.

— Они не могут лгать, — тихо ответил Эрл. — В этом все дело.

— Разве ты плохо знаешь людей? — усмехнулся Орелий. — Все лгут, рыцарь. А те, которые утверждают, что никогда не солгут, лгут чаще и охотнее других. Прозрей, рыцарь. Именно они, пытавшиеся ввести тебя в опасные заблуждения, и послужили причиной твоего предательства.

— К чему эти пустые разговоры?! — Голос этот, жестко лязгнувший в голове короля, не принадлежал ни Орелию, ни Лилатирию. Это говорил кто-то из тех троих, что пришли вместе с Танцующим На Языках Агатового Пламени и Глядящим Сквозь Время. — Послушай меня, неблагодарный смертный. Склонись перед могуществом Высокого Народа, явившим тебе и твоим подданным освобождение от жестокой власти называвшего себя Константином. Сделай то, что от тебя требуется. И только тогда обретешь прощение!

— Певец Шепчущих Листьев Гразуадий, Бродящий В Сумерках Вечного Хаоса — прав, — заговорил Лилатирий. — Ты утратил наше доверие, рыцарь. И, чтобы вернуть его, тебе придется постараться. Первое, что ты должен сделать, — уничтожить двоих, нанесших тяжкое оскорбление Высокому Народу. Тебе известны их имена. Кай и Герб. Рыцари Ордена Болотной Крепости Порога.

Эрл не колебался.

— Я не сделаю этого, — сказал он.

В следующее мгновение будто кружка крутого кипятка выплеснулась ему в глаза. Король отшатнулся, хватая ртом воздух. И тут же позвоночный столб его превратился в раскаленный кинжал, буравящий плоть невыносимой болью. Не удержавшись на ногах, он упал на колени.

Ментальная сила эльфов такова, что низшие существа, оказавшиеся рядом, чувствуют их эмоции на вполне физическом уровне. А гнев, как известно, одно из самых сильных чувств…

Когда боль начала таять, а кровавая пелена в глазах рассеялась, Эрл снова обрел способность видеть и двигаться. Тяжело дыша, он поднялся на ноги, обвитый медленными нитями черного дыма, — мантия его дымилась, источая сильный запах гари.