Послание Геркулеса. Звездный Портал. Берег бесконечности

Когда Стивен Пагель позвонил мне и сказал, что хотел бы издать вот этот том, я тут же сообразил, что мне придется в какой-то степени переработать «Послание Геркулеса». Во-первых, потому, что описанная в нем компьютерная технология устарела. Во-вторых, потому, что сценарий «холодной войны», который служил роману фоном и во многом определял сюжетную линию, был отброшен самой историей. И не только в смысле конфронтации, существовавшей между сверхдержавами, которая все еще есть, хотя и в значительно ослабленном виде. Дело в том, что в определенной степени произошло изменение самого национального менталитета. Кто, например, сейчас поверит, что атомная держава способна нанести упреждающий удар из-за трений в вопросе развития атомного арсенала? А ведь именно эта проблема лежала в основе оригинальной версии романа. И в 1986 году эта версия не казалась невероятной.

Вполне возможно, что разработанная мной тогда историческая перспектива была вообще не верна, но в те времена это обстоятельство не ощущалось. Я прекрасно помню тогдашние учения по гражданской обороне, проводившиеся в старших классах школы, когда мы гуськом спускались в расположенный в подвале кафетерий и залезали под столы, что, как считалось, должно было защитить нас от падающих бомб. А дома у нас еще с тех пор, когда отец во время Второй мировой войны был бойцом гражданской обороны, стояло ведро с песком, которым полагалось тушить «зажигалки». Почему-то мы его не выбросили. Оно служило нам напоминанием о том, какие жуткие вещи могут с нами произойти.

Помню я и то, как ехал по дороге между Вашингтоном и Филадельфией во времена ракетного кризиса 1962 года. Как раз в эти дни происходила реконструкция скоростного шоссе Балтимор - Вашингтон, но катастрофа казалась такой реальной, что никто не понимал, какого дьявола мы занимаемся этим делом. Ночь была наполнена страхами и ощущением, что все это в скором времени разлетится в прах,

Конечно, ничего подобного не произошло, реальность оказалась другой, и мы обязаны ею целой серии американских президентов и русских премьеров, которые умудрились сохранить на плечах трезвые головы. Но ведь легко могло сложиться и иначе.

Теперь же, когда те годы, обернувшиеся к нам своей светлой стороной, миновали, у читающей публики перед глазами предстала совсем иная перспектива, а поэтому передо мной и встала необходимость переделать «Послание Геркулеса» в свете тех лет, которые оказались для нас счастливыми. Я так и сделал, и по мере удаления от версии 1986 года у меня крепло ощущение, что нам вообще нет нужды ждать послания со звезд. И не имеет значения то, как далеко мы продвинулись в Проекте СЕТИ и что именно нам могут сообщить инопланетяне. Нет новостей - это хорошие новости.

Что же касается «Военного таланта», то я его не переделывал.

Если бы этот роман печатался впервые сейчас, то я бы изменил только его название, которое вводит читателя в заблуждение. Многие любители НФ были разочарованы и даже возмущены тем, что купленная ими книга оказалась вовсе не из жанра «боевой» НФ. Говорят, что какой-то воришка в Сент-Луисе якобы спер ее во время вооруженного налета на книжный магазин, приняв за полицейский справочник.

А если уж говорить правду, то «Талант» относится к тому редкому виду любимых мной романов, которые встречаются как в НФ, так и вне ее. В них раскрывается тайна, которая насчитывает уже более двухсот лет. В данном случае тайна связана с одним эпизодом, имевшим место в сражении между человечеством и инопланетянами, с которыми люди встретились наконец после долгих блужданий в пределах галактики.

Пожалуй, сейчас самое время вспомнить Льюиса Шайнера - писателя и редактора, с которым я познакомился во время работы над «Талантом». Это случилось на семинаре в Сикамор-Хилл (Рали, Северная Каролина).

В разговоре с ним я пересказал ему одну из центральных сцен романа. После нее роман пошел как-то не так, как я планировал, и я не знал, что мне делать.

Он зажмурился, подумал и сказал:

- Вы работаете на рефлексах. - Потом открыл глаза, внимательно поглядел на меня и добавил: - Прекратите пальбу.

Лью не уважает бессмысленного насилия, которое хлещет на нас со страниц книг и экранов. И, как я понял, не только потому, что считает его дурным вкусом, но и потому, что герои, уничтожающие друг друга, по необходимости плоские. Скучные. Реальные люди так не поступают. Они не походят на психов, которые интересны лишь в тот момент, когда жмут на гашетку. Айзек Азимов как-то сказал, что насилие демонстрирует не только дурное воспитание, но и слабость воображения. Вы сами отыщете эту сцену. Версия Шайнера куда лучше моей.

Джек Макдевит, Брансуик, Джорджия, 11 ноября 1999 года.