Пони из прошлого

На Земле две разумные расы, мы и дельфины, а раньше в горах ещё обитали представители крылатой расы – пегасы. Однако давно нет в нашем мире крылатой расы. Вот и представьте моё удивление, когда почётный шахтёр Рогбур пришёл просить моего совета…

Нет, даже для мемуаров получается слишком сумбурно. Пожалуй, стоит для начала представиться. Имя у меня для единорога вполне традиционное, даже тривиальное Рогволд. Родился и вырос в нашем прекрасном Цокоте, но, увы, вынужден был покинуть город у горы Прощания при получении метки таланта. Да, я с детства интересовался камнями, но почему не получил метку скульптура или гравировщика? Почему мой левый бок «украсила» шахтёрская кирка?!

У меня изящное телосложение, да даже телекинез точного, а не силового типа, но против метки таланта не попрёшь. Хорошо, тот же Рогбур быстро смекнул, что в шахте мне не место. После чего на вид простоватый, но смекалистый, друг устроил меня смотрителем горного музея при шахте в пос      ёлке Шахты. Да, шахтёры в любви к своему ремеслу порою доходят до смешного, так соседняя столовая называется шахтёрской стволовой, а чуть дальше расположена шахтёрская библиотека, а ещё… Да, что не возьми в нашем посёлке, но так или иначе с шахтою связано. Может о шахте рассказать?

Да, нет вполне заурядная шахта, хотя уголь хороший – антрацит, а ещё иногда попадаются большие куски янтарина – это разновидность янтаря, сохраняющая заключённые в нём живые существа не то, чтобы в полной мере живыми. Однако их можно оживить, если знать комплексное заклинание, созданное великим Рогнегю. Я знаю и даже парочку раз оживлял мелких собачонок, которых так любят водить на поводке столичные модницы. Деньги за первого смене Рогбура отдал, а совсем маленького сестрёнке подарил. Рогсана так обрадовалась!

Однако на этот раз Рогбур так нёсся, что непременно зацепил бы рогом притолоку, если бы его рог был таким же длинным, как у меня. К счастью, рог Рогбура хоть и широк, но короток. К счастью, в данном случае, конечно. Однако прежде, чем я выбрал из великого множества шуток о рогах приличествующую случаю, друг выполнил:

– Пошли, нет… рысью давай за мной!

И мне пришлось мчаться за ним чуть ли не галопом, а если бы мой несколько неуклюжий по причине великанского телосложения друг не боялся сшибить ненароком прохожих, несясь галопом… Я бы, наверное, вовсе отстал. Итак запыхался, аж бока залоснились от пота. Хорошо хоть вокруг были только рабочие кони, настоящие жеребцы. В столице, да и в родном городе, нет, не засмеяли бы, но всё же было бы неудобно за свой внешний вид

Рогбур же развил бурную деятельность и его слушались. Мой друг к тому времени поднялся до поста заместителя начальника шахты по геологии. Остальное же начальство лишь порою промчится галопом с инспекцией и назад, если не в столицу, то в Цокот, являющийся административным центром нашей северной провинции. Да и тепло в прибрежном Цокоте не то, что в Шахтах на милю выше уровня моря.

Впрочем, я отвлёкся. Прошу прощения у дорогих читателей моих мемуаров.

Минута и мы спускаемся в шахту на опасно раскачивающемся подъёмнике. Впрочем, рабочих единорогов – это похоже не пугает, привыкли. Да и меня захватывает азарт, вытесняя страх. По обрывочным фразам ясно, что найдено нечто… некто значительный, не собачонка какая-нибудь!

Впрочем, уже вот-вот отпадёт нужда строить догадки. Быстрее, быстрее по узким переходам, обдирая шерсть на боках. Как только могучий Рогбур протискивается?

Но я так и не задал этот вопрос ему. Ибо мы, наконец, прибыли на место. И вот я, впервые увидев её, узрел прежде не виданную на фоне непримечательных, каких-то серых в прямом и переносном смыслах стен пещеры. Гнедая кобылица, застывшая в огромной глыбе на удивление прозрачного янтарина во всей своей грубой красе, поразила меня с первого взгляда. Более могучей кобылицы я доселе не встречал, даже Рогбур в холке лишь чуть выше, а крепостью телосложения вовсе уступает ей! Хотя один из моих товарищей скульпторов незадолго до этого лепил с Рогбура одного из древних героев, прославившегося как необыкновенного силача.

– Ну и кобылища! – присвистнул кто-то из рабочих.

– Бедняга! – неожиданного добавил востроглазый Рогалик и тут я заметил то, что должен был заметить с первого взгляда. Рога нет!

Нет и крыльев, а значит и не пегаска. Ну и не дельфиниха само собой разумеется. Хотя откуда дельфинихе взяться на горном плато? Кто же она, к какой расы принадлежит загадочная гостья из прошлого?!

Моё нетерпение увеличилось до крайности. Вот я и сплёл как-то разом комплексное заклятие оживления, заодно освободившее пленницу удивительной глыбы янтаря.

– Где я? Почему я так ясно мыслю?! Да и вы… – тут кобыла растерянно улыбнулась и принялась пялиться на нас, как будто-то бы впервые единорогов увидела, даже хвостом взмахнула от изумления.