Поместье «Снигири»

«Сегодня ровно год с того самого дня, когда я вышла из госпиталя.

Март в этом году выдался холодный, мокрый и очень ветреный. Ну, зато зима была настоящая, снежная и морозная. Правда, я всё равно зиму не люблю, наверное, надо было мне родиться на юге, где-нибудь в Элладе. И ведь был шанс! Увы, к моменту моего появления на свет родители уже прочно обосновались в Саратове. А теперь и их нет на свете, и я сама перебралась в Москву.

Вот думаю, брать ли с собой дневник? Вроде едем мы на три или четыре дня, вряд ли произойдёт что-то настолько важное, чтобы записывать. Решено, оставлю дома. Попрошу домовушку присмотреть.

Веди себя хорошо в моё отсутствие, дорогой дневник!».

Елена аккуратно закрыла обложку толстой тетради и убрала её в ящик тумбочки возле кровати. Потом позвала негромко:

— Мелания!

— Здесь я! — раздалось откуда-то из глубин платяного шкафа.

Отчего-то не любили показываться на глаза оба домовых, присматривающих за домом на углу Костянского и Селивёрстова переулков, предпочитали разговаривать из укрытия: Аркадий Феофилактович с подоконника, а жена его — из шкафа или из-за шторы.

— Мы с Андреем уезжаем на несколько дней по делам, — сообщила Лена, аккуратно укладывая в дорожную сумку чехол с блузками. — Пожалуйста, прикрой какой-нибудь незаметностью мой дневник, ладно?

— Будет сделано. Вдвоём едете?

— Наверное.

— А этих что же, одних оставляете?

— Не знаю пока, — Лена закрыла сумку и поставила её возле двери. — Вроде бы звали только нас. Но я ещё поговорю с Андреем.

С этими словами она вышла из комнаты и направилась в рабочий кабинет, который вот уже почти полгода делила с другом и компаньоном, Андреем Белановичем. Если бы Елена прошла по коридору дальше, к входной двери, и открыла бы её, то могла бы ещё раз полюбоваться на табличку — бронзовую, пока ещё не потускневшую под дождём и снегом. Чёткие буквы надписи гласили: «Вакарисасеи. Агентство правильных расставаний».

Компаньон за своим столом проверял счета. Отложив ручку, он потянулся и с удовольствием сказал:

— Поздравляю тебя, мы вышли на положительный баланс.

— Да ну?

— Ну да! Последнее дело, за которое, кстати, ты не хотела браться, принесло на наш счет почти три тысячи дукатов. Это позволяет закрыть все расходы за первый квартал и ещё остаться в плюсе.

— Ну, не хотела… — Елена села за свой стол. выдвинула верхний ящик, посмотрела в него и снова закрыла. — Я с самого начала опасалась именно таких клиентов. «Ах, я не знаю, как ему сказать, что больше его не люблю!» — писклявым голосом она кого-то передразнила. — Словами надо говорить, и всё получится! А уж платить немалые деньги только для того, чтобы выставить из своей жизни нежеланного мужчину…

— Всё-таки не забывай, что у нас было и дополнительное задание, за которое, собственно, госпожа Березуцкая и заплатила. Мы ж забрали у него документы, не так ли?

— Забрали… — она пожала плечами. — Ладно, закрыли и забыли. Расскажи мне, куда мы едем и чем занимаемся на сей раз? Кто и с кем желает расстаться?

— Мой давний знакомый, — Андрей перебросил на её стол картонную папку. — Вадим Витальевич Снигирёв, называет себя предпринимателем. Желает избавиться от подмосковного имения.

— Да? — раскрыв папку, Елена посмотрела на два сиротливо болтающихся в ней листочка договора. — А что, риэлторы в Москве уже перевелись? Почему к нам?

— Там сложности, — туманно ответил Андрей, покрутив в воздухе пальцами. — И мы едем посмотреть на хозяев, имение и обстановку. Нас пригласили праздновать весеннее равноденствие.

— Едем так едем, повод ничуть не хуже любого другогог. И вот что, Гая надо брать с собой. Иначе мы рискуем по возвращении не найти дома на месте.

— Согласен. Где он, кстати?

— Со вчерашнего вечера не видела.

— Вот Тьма! — выругался Андрей. — Если он опять где-нибудь пакостит домовому, я сдержу обещание и отправлю его почтой назад, в родной Бритвальд! Малой скоростью! Вренн! — внезапно заорал он, да так громко, что Елена подпрыгнула.

Дверь открылась, и на пороге появился третий компаньон, он же секретарь и счетовод агентства, Вренн, гном из клана Мёйрен.

— Чего шумишь? — спросил он миролюбиво. — Здесь я.

— Ты Гая сегодня видел?

— Нет.

— И куда он делся?

— Появится, — гном равнодушно пожал плечами. — Так что, новое дело у нас срастается?

— Да, договор подписан. Мы завтра едем в Снигири, осматривать это самое поместье, а сегодня хорошо бы хоть что-то о нём выяснить.

Елена протянула гному папку с двумя листочками внутри, но Вренн не торопился её брать.

— Ты расскажи, чем заниматься будем?

— Подмосковная усадьба, называется «Снигири»… — начал Андрей, но гном перебил его.

— Вот именно так, через два «и»?

— Именно так. Уже лет триста принадлежит семье, ты будешь смеяться, Снигирёвых. Мой знакомый Вадим — последний в этом роду, он хочет фамильное гнездо продать. Но не может.

— Почему?