Полуночная месса

Во многих странах мира напечатано более семи миллионов экземпляров книг Ф. Пола Уилсона; он является автором таких бестселлеров, как «Сторожевая башня» («The Кеер»), экранизирован в 1983 году, и «Могила» («The Tomb»). В 1998 году он «воскресил» своего популярного антигероя Ремонтника Джека и недавно опубликовал седьмой роман из серии о Джеке, «Врата» («Gateways»). Студия «Beacon Films» в настоящее время занимается «раскруткой» этого персонажа на телевидении.

В 2003 году студия «Lions Gate» выпустила на кассетах малобюджетный фильм по мотивам рассказа «Полуночная месса» («Midnight Mass») (сам автор сыграл эпизодическую роль в одном из первых эпизодов). «Отзывы были самыми разнообразными, от „плохо" до просто „ужасно"», – рассказывает Уилсон. Впоследствии он скомбинировал рассказ с двумя произведениями-предшественниками, «Дело рук Господних» («The Lords's Work») и «Страстная пятница» («Good Friday») и создал на их основе остросюжетный роман, описывающий битву людей с нежитью.

В предлагаемой вниманию читателя новелле, динамичном триллере, который перекликается с книгами «Я – легенда» («I am Legend») Ричарда Мэтсона и «Салимое удел» («Salem's Lot») Стивена Кинга, Уилсон выступает с новой вариацией на известную тему, в то же время изображая своих кровопийц в строго традиционном стиле…

Прошла почти целая минута с того момента, как он стукнул медным молотком по тяжелой дубовой двери. Дверь, должно быть, достаточно прочна. В конце концов, ведь и дверной молоток здесь в форме креста. Но нет, они считали нужным, щурясь, рассматривать гостя сквозь замочную скважину и выглядывать из боковых окошек, расположенных справа и слева от двери.

Равви Зев Вольпин вздохнул и позволил осмотреть себя. Он не мог осуждать людей за меры предосторожности, но эти показались ему чересчур предусмотрительными. Закатное солнце ярко светило в спину раввину; на фоне сияющего неба вырисовывался его силуэт. Что им еще нужно?

«Может быть, мне раздеться догола и станцевать?»

Он мысленно пожал плечами и глубоко вдохнул влажный морской воздух. По крайней мере здесь прохладно. Он приехал на велосипеде из Лейквуда, находившегося всего в десяти милях отсюда, дальше от побережья, но там было по меньшей мере на двадцать градусов жарче. Величественная громада дома-убежища, выстроенного в стиле тюдор, отгораживала его от Атлантического океана, но повсюду чувствовался соленый морской воздух и доносился ритмичный грохот прибоя.

Спринглейк. Морской курорт, населенный ирландцами-католиками, посещаемый еще с конца прошлого века. Зев огляделся вокруг, обозревая тщательно отреставрированные викторианские здания, огромные особняки, тянущиеся вдоль пляжа, дома поменьше, выстроившиеся аккуратными рядами на улицах, идущих прочь от океана. Многие из них еще обитаемы. Не то что в Лейквуде. Лейквуд стал городом-призраком.

«Неплохое убежище, – решил он и подумал: – Сколько таких домов находится в собственности Католической Церкви?»

Серия щелчков и стуков снова привлекла его внимание к двери – кто-то в спешке отодвигал один за другим бесчисленные засовы. Дверь отворилась внутрь, и на пороге возник молодой человек нервозного вида в длинной черной сутане. Взглянув на Зева, он скривил губы и потер рот тыльной стороной запястья, чтобы скрыть улыбку.

– И что показалось вам таким смешным? – поинтересовался Зев.

– Простите. Я просто…

– Понимаю, – кивнул Зев, отметая объяснения, и взглянул на деревянный крест, свисавший на веревке с его шеи. – Понимаю.

Бородатый иудей в мешковатом саржевом костюме, ермолке и с крестом на шее. Весело, правда?