Политэкономия фэнтези (СИ)

«Бытие определяет сознание». Эту фразу знают, наверное, все. Не зря в литературных дискуссиях немало копий сломано на тему поведения тех или иных героев фентези-романов. И про то, что принцесса должна всегда выглядеть аристократкой, а не косноязычной гопницей из нашей современности, случайно нацепившей корону. И про рыцарей/магов/дворян/крестьян, которые обязаны вести себя в соответствии с взглядами выбранной за основу мира эпохи. Ведь бытие определяет… а собственно, как определяет? И каким это бытие может оказаться?

Изрядная часть фентези за основу берёт эпоху так называемого Высокого Средневековья — романтика «Айвенго» до сих пор обладает волшебной привлекательностью. На втором месте, хотя и заметно отставая по численности написанных книг, идёт Викторианская Англия. С добавлением магии и волшебных существ. Как правило, сохраняется общий антураж не только общественного устройства, но и интерьеров, и домашнего хозяйства. Дворцы, особняки, множество прислуги. А зачем баронам и герцогам столько лакеев? Даже не задумываемся. Мы привыкли видеть слуг как признак статуса, поэтому нас и не удивляет их появление в усадьбе чародея или вельможи. И точно также мы легко и естественно принимаем: если по сюжету слуга не нужен — то герой живёт в своём доме один.

Оглянемся вокруг. В нашей квартире везде на потолках висят люстры, стоит только щёлкнуть выключателем — и загорается свет. В ванной урчит стиральная машина. На кухне посудомоечная машина полощет тарелки после обеда, который мы приготовили на плите. Или вообще разогрели полуфабрикат в микроволновке. Если нам скучно, мы пойдём и включим себе телевизор или DVD-плеер. У нас центральное отопление, бреемся мы электробритвой, а волосы сушим феном. Список можно продолжать очень и очень долго.

А если ничего этого нет? Тогда бельё стирает прачка, особый слуга должен вечером зажигать свечи, а утром их менять в люстрах и подсвечниках. Воду для мытья и даже для умывания кто-то обязан нагреть и вам принести. С утра разжечь печь для готовки завтрака, потом убрать золу. А ещё есть такое деликатное дело, как туалет. Если в городе нет проточной канализации, даже не мечтайте устроить в доме уборную и обзаведитесь слугой, который будет чистить выгребную яму. В самом лучшем случае регулярно прочищать клоаку, по которой всё течёт в ближайшую вонючую речку самосливом. Очень наглядно это можно увидеть, разбирая жизнь классического английского поместья второй половины девятнадцатого века. Больше сотни человек обеспечивают комфорт лорда и его нескольких ближайших помощников — и это в эпоху, когда научно-техническая революция уже делает первые шаги, изрядно облегчив жизнь человека.

Конечно, ряд занятий совмещал один и тот же работник, но всё равно прислуги требовалось немало. Любопытствующие историки подсчитали, что сегодня электроприборы в семье так называемого среднего достатка заменяют примерно тридцать человек прислуги (включая секретаря, который под диктовку пишет письма и напоминает о встречах — нам его с успехом заменяет компьютер или смартфон). И даже самая бедная семья сегодня имеет уровень комфорта, для которого нужно три-четыре человека обслуги.

В эпоху до XX века все эти люди были заняты исключительно обслуживанием интересов своего хозяина. Не только от него зависели, но и полностью выпадали из производства каких-то материальных или интеллектуальных общественных благ. Даже более того — часть этих благ наоборот потребляли не производя, ведь уборщик тоже хочет есть. Общество же в итоге неизбежно оказывалось пирамидально-иерархичным. Не в последнюю очередь потому, что богатый лорд физически не видел в прислуге человека. (Ведь не станете же вы считать равной себе стиральную машину только потому, что она стирает и отжимает бельё лучше вас? Потому и на молодых людей эпохи Викторианской Англии, которые позволяли себе зажимать по углам служаночек, смотрели брезгливо: не из-за «дурного обращения с прислугой-тоже-человек», а как сегодня, к примеру, смотрят на разного рода извращенцев.)