Покорители Стихий (СИ)

Финнеас так и не понял что это было. Он шёл по улицам дневного Шаддара, и вдруг что-то тяжёлое обрушилось на его голову. Очнулся стихийный маг уже в каком-то грязном тёмном каземате, привязанный к устройству, напоминающему дыбу. Над животом Финнеаса висел медный сосуд, о содержимом которого стихийному магу оставалось только гадать. При попытке воспользоваться телепортацией, и выбраться из ловушки, тело Финнеаса пронзила острая боль. Только боль исчезла, как в подземелье спустился палач в красном капюшоне.

- Это всего лишь проклятый морок! Меня здесь нет! – тихо проговорил привязанный к дыбе маг.

Молчаливый палач услышал эту реплику, но на слова мага никак не отреагировал. Прежде чем привести устройство в действие, мужчина в капюшоне взял в углу ржавый ковш, и зачерпнул им содержимое медного сосуда.

- Всё это нереально! Проваливай! – громко прокричал Финнеас, хотя и понимал, что напрасно сотрясает воздух.

Высыпав на живот раздетого мага кучу красных скарабеев, самых опасных насекомых Ханаанской пустыни, палач приблизился к рычагу, и привёл в действие смертоносную конструкцию.

Такой сильной боли Финнеас ещё никогда не испытывал. В то время, пока смертоносное устройство растягивало его тело, красные скарабеи своими острыми зубами прогрызали дыры в его плоти, а затем забирались несчастному пленнику под кожу. Финнеас упрямо стиснул зубы, и попытался войти в транс, чтобы не чувствовать боль. Он терпел, пока смертоносные жуки бегали по его телу, хотя каждый укус был сравним с болью от лёгкого ожога, молчал пока дыба растягивало его тело. Но в тот момент, когда адское устройство практически разорвало ему суставы, маг не выдержал, и закричал во всё горло. Воспользовавшись этим, десятки красных скарабеев забрались Финнеасу в рот, и одновременно впились ему в язык. Стихийному магу грозила смерть от болевого шока, однако из царства кошмаров Финнеасу помогла выбраться молодая служанка, недавно устроившаяся на постоялый двор.

Проходя мимо номеров, девушка услышала истошные вопли одного из постояльцев. Зайдя в комнату, служанка увидела, как лежащий на своей кровати постоялец дёргается в конвульсиях. Вместо того чтобы просто уйти, девушка принялась тормошить покрытого холодным потом мага, от чего тот, хоть и не сразу, но пришёл в чувство. Резко вскочив, и едва не ударив свою спасительницу головой по лицу, Финнеас начал лихорадочно оглядываться. Убедившись, что опасности миновала, маг вытер пот со лба, и перевёл взгляд на свою спасительницу. Смущенная девушка поспешила принести гостю извинения за вторжение в его комнату, и попятилась к двери.

- Подожди, не уходи. Подойди ко мне, - потребовал Финнеас хриплым голосом.

Девушка нехотя подчинилась. После того как маг вручил ей золотую монету, служанка смущённо опустила голову, а затем начала медленно раздеваться.

- Эй, ты что делаешь? – удивлённо воскликнул Финнеас.

- Извините, господин, я думала…

- Я уже догадался о чём ты подумала. Просто возьми эти деньги в знак благодарности.

- За что? – не поняла девушка.

- Есть за что. Просто поверь мне на слово. – Финнеас обворожительно улыбнулся, и добавил игривым тоном: – Но если хочешь, то можешь остаться. Обещаю, что эта ночь пролетит очень быстро, но забыть её ты сможешь не скоро.

- Хорошо, господин. Если вам так угодно, - покорно пробормотала девушка, и продолжила раздеваться.

У Финнеаса пропало всякое желание флиртовать. Девчонка была готова ему угодить, но делала это с такой же радостью, как и овца, идущая навстречу мяснику с окровавленным ножом.

- Нет уж, не стоит. Просто возьми деньги и иди отсюда, - проговорил стихийник разочарованным тоном.

После ухода служанки Финнеас быстро оделся, покинул постоялый двор, и отправился к единственному человеку во всём Шаддаре, кто мог ему помочь.

Несмотря на то, что на дворе стояла глубокая ночь, мастер Цзин не спал. Услышав стук в дверь, низкорослый мужчина азиатской внешности снял со стены изогнутый меч, и направился встречать ночного гостя. Открыв дверь, и увидев знакомое лицо, Цзин заметно расслабился, и впустил Финнеаса в дом. Несмотря на то, что финансовое положение Цзина едва ли можно было назвать плачевным, старый мастер проживал в самом центре лабиринта из трущоб Нижнего Шаддара в неприметной лачуге.