Похоже, вы доигрались. Том Второй

/Атараксис. Через день после бойни/

— Со всей уверенностью заявляю, что положение колбасы на хлебе ни в коем случае не должно влиять на вкус бутерброда, - сказал мужчина в халате и поправил очки. - Это же абсурд!

— Виталий, может не будем это обсуждать во время вскрытия?

— Ну это же бред, вы только вдумайтесь, Майер! – Виталий отложил скальпель в сторону и достал имплант из черепа.

— Давайте вернёмся к обсуждению трупа, - Майер подключил множество проводов к нейромодулю. - И этот нечитаемый… - он нахмурился и взялся за подбородок.

— Да что тут обсуждать, - вскинул Виталий руки. - Дело рук объекта один-два. Как раз в его стиле, - он на несколько секунд притих и затем пробубнил. - Я так думаю…

Мужчина в халате внимательно всмотрелся в насквозь пропитанный кровью участок мозга, взял скальпель и уверенности ради сделал маленький надрез, выпуская алый поток из повреждённого инсультом мозга.

— Бог из Сознания? – второй патологоанатом осмотрел всё небольшое помещение с множеством ультрафиолетовых ламп.

— Вы на редкость эрудированы для аспиранта, - вздохнул он и бросил косой взгляд в сторону коллеги.

— Но мы его уже несколько лет отыскать не можем!

— Я лишь предполагаю, - пожал плечами Виталий и достал глаз из черепа. - Но посуди сам. У двоих людей кровоизлияние в мозг, порваны мышцы и поломаны импланты до состояния полной нечитаемости. Если бы не бойня и перенапряжение некоторых участков тела, всё бы скинули на обычную поломку нейромодулей. Но даже в этом случае к ним всё равно можно подключиться. А здесь же – ни-хе-ра, - он отложил все инструменты в сторону и со вздохом упал на кресло.

— И вы думаете… - Майер постукивал по столу и косился на лежащий неподалёку имплант. - Что это действительно один-два?

— Да, думаю, это он. Я один из тех, кто создал окончательную версию акселератора и вживил в тогда ещё живого Бога, а потому знаю некоторые его замашки. Пускай сейчас он и сможет создать только прототип, но действие ускорителя и возможность копировать сознание в другие болванки видно невооружённым взглядом.

Он отбросил инструмент на ближайший стол и со вздохом отогнал всплывшие из недр памяти воспоминания. Эксперименты Атаракиса ныне лишь пережитки прошлого и на сей момент прекращены, но их последствия всё ещё норовят подорвать привычный мировой порядок.

“На что способны сотни уникальных объектов и три венца эволюции во главе?” - каждый день спрашивал себя создатель Бога. - “И в конце концов, на что способен Он один?”

Виталий знал ответ, но изо всех сил не допускал его осмысления и оставлял витать на ободе сознания.

— Можно последний вопрос? – спросил аспирант и продолжил собирать инструменты.

— Валяй, - махнул рукой собеседник в очках.

— А все эти слухи о нём… - Майер на секунду притих, будто собираясь с мыслями. - Насколько они правдивы?

— Все до единого… - главный патологоанатом уставился в одну точку. - Все… - голову заволокли воспоминания, а по позвоночнику пошла дрожь. - Именно поэтому мы обязаны его отыскать, - он взглянул в сторону вскрытого трупа. - Во что бы то ни стало.

/За день до/

— Вот здесь ванная, - указываю рукой в сторону одной из комнат. - В ней можно мыться водой. Вода - это аш-два-о.

Выхожу обратно в зал и жду, пока Эмилия насмотрится на внутреннее убранство квартиры и прекратит безостановочно вертеть головёшкой.

— Вот, собственно, и всё, - развожу руками. - Теперь это твой дом.

Девушка ещё шире раскрыла глаза и вновь осмотрелась. Каждую секунду пребывания в квартире она не прекращала следовать за мной по пятам, хотя на лице читалось явное желание самостоятельно побродить по помещению. Её сияющий взгляд, увидевшей невероятное зрелище, столь сильно сжимал сердце, что я едва сдерживал бурлящий поток эмоций.

“Какие же мы твари…” - пробубнил проснувшийся Свет. - “Какие к чёрту глобальные планы, если мы обычные дети, боящиеся взглянуть в глаза собственным ошибкам?”

“Но всё уже позади”, - вмешалась Тьма. - “Теперь у нас не осталось никаких якорей. Можно приступать к последним штрихам”

Я мотанул головой, чем привлёк внимание смотревшей в панорамное окно Эмилии.

— Прости, голова что-то разболелась, - ухмыльнулся я.

Девушка в тот же миг нахмурилась, быстро ко мне подошла и тщательно вгляделась в лицо. Попытки скрыть красноватые от слёз глаза, видимо, не увенчались особым успехом, и теперь я выглядел как прищурившийся недоверчивый парень.

Смотрящая снизу-вверх Эмилия походила на могущественного целителя, пытающегося пробиться сквозь ментальную защиту и разузнать обо всех болезнях. Всё ещё укутанная в довольно великоватую ветровку, она невольно вызывала ассоциацию с нахмурившимся добрым гномиком.

— Всё в порядке, - улыбнулся я и потрепал сестру по голове. - Кушать хочешь? – эти слова заставили девушку опустить горящий взгляд в пол.

После двухсекундного переминания с ноги на ногу она помотала головой в отрицательном ответе.

— Ну, как хочешь, - вздох невольно сорвался с уст.